Книга Звезда бессмертия, страница 125 – Анна Чернышева

— Неужели, это значит, что плов отменяется? Я уже настроилась на экзотическое блюдо.

— Ничего подобного, сейчас мы все повторим снова.

На этот раз все проходит без приключений и меньше чем через час я уже чувствую себя сытой и счастливой. Экзотическое блюдо оказывается вкусным и сытным. Мы заканчиваем с едой и собираемся мыть посуду, когда в дверь громко и настойчиво звонят.

— Судя по стилю, это доставка.

Марина удивительно не спешно подходит к двери, отворяет, впускает грузчиков, расписывается в ведомости, делает все с таким каменным лицом, что даже я не могу понять, рада она хоть сколько-нибудь. Мне приходится спросить:

— Ну, твоя душенька довольна? Диван по-моему, тот самый.

— Да, это хорошо.

— Хорошо?! Да это прекрасно! Ну, улыбнись, ты приобрела новую вещь, да еще такую огромную. Смотри, какой он мягкий!

Я весело плюхаюсь на диван, зову подругу сесть рядом, но она говорит только:

— Пошли отсюда, от этого дома мне до сих пор жутко, даже с новым диваном.

Мы покидаем оскверненное жилище с поспешностью беглецов. Только на улице, я тоже понимаю, что очень устала от угнетающей атмосферы обворованной квартиры. Не слишком короткий путь до моего дома, специально проделываем пешком, чтоб отдохнуть и надышаться свежестью только что выпавшего снега и легкого морозца.

В прихожей, нас встречает разгневанная Пальма. Хорошо, что я в курсе кошачьих реакций и не принимаю ее летающий из стороны в сторону хвост за собачье проявление восторга. Только, то чем размахивает моя кошка и хвостом-то назвать неловко. Какой же садист вывел эту породу?!

— Только не уверяй меня, что смогла привыкнуть к этому уродцу! – говорит Марина, словно подслушав мои мысли.

— Мне приходится каждый раз напоминать себе, что это Сашин подарок.

— И дорогой подарок, надо заметить!

— Но гораздо чаще я думаю, что кошка ни в чем не виновата.

— Да, подобную красавицу остается только пожалеть.

Пальма внимательно нас слушает, растопырив пушистые уши. Издает странный звук, похожее на мяуканье не больше, чем комариный писк.

— Я и раньше не любила кошек, но твоя это уж совсем… кризис жанра. – говорит Марина.

Она опасливо обходит Пальму, по привычке включает телевизор, словно без него уже и заняться нечем. Он так и кричит о чем-то своем, пока я показываю подруге в журнале фотографию того самого места, в котором мне давно и безнадежно хочется побывать.

— Италия, – это так банально! – морщит нос Марина.

— Говоришь, как будто ездишь туда на каждые выходные, – улыбаюсь я.

— Тем более не стоит тратить на заграничную поездку, на места растиражированные в каждом журнале. Лично меня привлекает экзотика, например Тай ланд.

— Что ж, поживем увидим, кому удастся отдохнуть интересней.

— И главное когда! – смеется Марина.

От романтических мечтаний нас отвлекает моя лысая кошка. Ей наскучивают попытки привлечь наше внимание и она берется сама себя развлекать. Первым делом Пальма с независимым видом проходит в спальню, но не найдя там ничего достойного ее внимания, возвращается тяжелой и царственной поступью, настоящей хищницы. Войдя в комнату, она критично осматривает шкафы и запрыгивает на нижнюю полку. Мы невольно оставляем в покое модный журнал и наблюдаем за ней. Обнюхав, все что лежит, стоит и валяется на нижней полке, с помощью затейливых телодвижений кошка забирается на вторую полку. Стоящие там вазы не вызывают у нее интереса, и она задирает свою морщинистую мордочку, намереваясь прыгнуть еще выше. Моя неправильная кошка встает на задние лапы, машет передними в воздухе, задевает одну из ваз, с ужасом бросается от нее в сторону. Задевает еще одну и с воплем спрыгивает на пол. Вазочки, покачавшись, как на замедленной пленке, наклоняются и летят вниз. Когда они одновременно разбиваются и раздается тот же самый звук, который так испугал и удивил меня вчера. Я резко поворачиваюсь к телевизору, не знаю, на что рассчитывая, ведь он вчера был выключен. И вижу темный пустой экран.