Книга Восстанавливая равновесие, страница 71 – Айрин Серпента

— Тебе лучше не знать этого, Кассия.

— И всё же?

— За тобой.

Кассия не нашлась сразу с достаточно остроумным ответом.

— Зачем? Может быть, помня о прежних заслугах, отец снова нанял тебя – на этот раз доставить меня домой? Ну так не беспокойся, я и сама вернусь на Кипр… после этого, – она широко обвела всю территорию рукой. – Если война когда-нибудь кончится.

— А если погибнешь ты, Кассия? – излишне резко, напугав её, проговорил киллер – её ангел-хранитель.

Женщина коротко хохотнула.

— Да, это неприятно, – кивнула она, соглашаясь. – И кто-то даже расстроится. Но Земля не перестанет вращаться от того, что парой ног на ней станет меньше. Бога волнуют лишь глобальные политические явления.

— Слушай, ты, полоумный политолог, – неожиданно разозлившись, Айк сжал её руку так, словно хотел сломать её. – Даю тебе три недели, чтобы закончить с делами. Потом мы покинем этот проклятый мир. Ты можешь сделать это своими ногами или связанная, без сознания и в пластиковом мешке.

Кассия посмотрела на него безо всякого выражения.

— Только попробуй.

И ушла, оставив Айка стоять одного посреди двора. Он был растерян, смущён, не понимал многих вещей, но больше всего того, за каким чёртом ему всё это надо…

— Ты спишь? – голос Кассии звучал враждебно. Отвернувшись к окну, она стянула насквозь пропитанную потом блузу.

Наблюдая за её движениями, уверенными даже в темноте, Айк помедлил.

— Нет, – наконец отозвался он. – Что ты делаешь?

— Собираюсь лечь спать, – Кассия пожала плечами. – Я не спала почти трое суток и не гожусь сейчас даже на роль ассистента. А как ты себя чувствуешь? – наклонившись, женщина потянула вниз брюки и по очереди вынула ноги из штанин. Рассеянный лунный свет обрисовал её груди, что обеспокоило Айка.

— Ты… м-м… не собираешься спать совсем голой?

Кассия пропустила его вопрос мимо ушей.

— Ну, если ты этим интересуешься, значит, почти здоров. Когда ты собираешься нас покинуть?

— А это необходимо?

Кассия натянула длинную майку, закрывшую её до середины бёдер.

— Это место требуется людям, страдающим больше тебя. А кроме того, мне хотелось бы, наконец, поспать в своей постели, – развернув гамак, она закрепила его за крюки в стене.

Айк машинально потёр больное плечо и поморщился.

— Твои жертвы не обязательны, Кесс. Я могу спать где угодно – в кустах, на дереве, на полу. Более того, я делал это. Я лягу в гамаке.

— Нет, – Кассия подтянула под себя край сетки, примериваясь, как лечь. – Я тоже привычна к любым условиям, и можно ещё поспорить, кто из нас наиболее закалён.

— Брось, Кассия! – Сентуриа негромко рассмеялся. – Мужчина вынослив, как мул, а женщина…

— Мне всегда казалось, что мул и осёл – это одно и то же, – Кассия задумчиво посмотрела на него. Её глаза в темноте блестели. – Я – сильная женщина, но у меня нет никакого желания сравнивать себя с ослицей…

— Развлекаешься, детка? – Айк улыбался. – Мне нравится твоё чувство юмора. Ты не была весёлой ни в Ольстере, ни в Камбодже.

— Тогда я думала, что жизнь – это серьёзно, – женщина пожала плечами, рывком вскинула обе ноги… и перевернулась вместе с гамаком. Сначала на пол упала сама Кассия, сверху её накрыло одеялом и подушкой.

— Больно, чёрт побери, – поднимаясь, Кассия потёрла ушибленный зад.

Айк молча откинул край одеяла. Остановившись в раздумье, женщина смотрела на освободившуюся часть постели, потом выругалась сквозь зубы и решительно села на кровать. Её раздражение выразилось лишь в том, как резко она рванула на себя одеяло. Айк уступил, надеясь, что, добившись своего, Кассия успокоится. Меньше всего на свете он желал бы снова обидеть эту женщину. Она ему нравилась.