Онлайн книга «Жизнь точки на карте»
|
Прямо над рабочим столом его висели часы, и человек, живущий под именем Криса Хантера, точно запомнил, в какое время он сложил оружие и прекратил неравную борьбу с капризной музой. То ли в этом была повинна его рассеянность, смутное ожидание чего-то, то ли нехватка практического материала, но за последние два дня из-под его пера (точнее, автоматической ручки «Паркер») не вышло ни одной подходящей строчки. А всё, что было написано, он заштриховывал потом долго, со старанием, густыми чёрными чернилами. С самого начала роман шёл туго. Во-первых, не было у него никакого законченного сюжета, фабулы. Одни лишь смутные наброски. А ситуация в родном доме для творчества ну никак не подходила. Обострение болезни жены требовало от молодого писателя постоянно находиться у ложа Дайаны, держать её за руку и уговаривать хоть немного поесть. Из всех окружающих жена узнавала только его и лишь из его рук соглашалась принимать пищу; спала Дайана не более часа и каждый раз, просыпаясь, громко звала его, и Крис Хантер не мог игнорировать её крики – не получая желаемого, Дайана становилась буйной. Все в доме помнили, как однажды, разозлившись на своего мужа, Дайана перебила целый чайный комплект старинного севрского фарфора, швыряя чашками и тарелками в него. От того случая над правой бровью у Криса остался шрам – он не сумел увернуться от одного из приборов, и недобрая память у его матери. Леди Марджори собирала свою коллекцию фарфора долго, с любовью, и никому не позволяла пользоваться ею, что не помешало Дайане применить предметы сервиза в качестве метательных снарядов. И хорошо, если бы Дайана раскаялась… Леди Марджори обладала отходчивым характером и искреннее раскаяние, несомненно, помогло бы ей простить невестку. Но Дайана предложила матери мужа денег, и Крис не удивился, узнав, что Дайане настоятельно рекомендовано не появляться в большом доме вплоть до особого приглашения. На аристократическом языке леди Марджори это означало разрыв всех отношений с семьей сына. Обострение болезни Дайаны ситуацию не смягчило, и Крису приходилось почти в одиночку нести на себе это бремя. Дочери Дайаны, Филлис и Мейбелл, были ещё слишком маленькими, чтобы находиться в одном доме с не отвечающей за свои поступки матерью, и потому семейный совет, состоящий из отца, матери Криса и его самого, постановил отправить девочек в дорогой пансион за границу. Перед отъездом Филлис и Мейбелл Крис долго говорил с падчерицами, и девочки, кажется, его поняли. А две недели спустя болезнь Дайаны начала резко прогрессировать. Тяжёлые личные обстоятельства Хантера не смущали его издателя, Грега Чалмерса из «Топ Бук инкорпорейтед». После того, как четвёртая книга писателя разошлась с невероятным успехом, перекрыв по сумме продаж все три предыдущие, Грег сделал, наконец, вывод, что ставит на правильную лошадку. И телефон в доме Криса позабыл, что такое тишина и покой. Он мог зазвонить в любое время дня и ночи, голосом Грега Чалмерса требуя от Криса новой искромётной идеи. А идеи у Криса пока не было, была только Дайана и заботы о ней. Конечно, проще всего Крису было бы изложить на бумаге историю своей жены – жизнь Дайаны была по-настоящему фантастической: танцовщица из стрип-бара, ставшая женой знаменитого сценариста, который сделал её звездой кино, ушедшая от него на пике славы к не менее прославленному дипломату. От этого второго мужа, бывшего старше её на сорок лет, Дайана родила двух дочерей, и стала свидетельницей смерти мужа от пуль террористов. А потом ей захотелось покоя. Крис долго не понимал, почему она выбрала именно его, тогда никому не известного, только делающего свои первые шаги в литературе. Но, видимо, после стольких «звёздных» браков у Дайаны был какой-то нюх, чутье на потенциальный талант, которому только и нужна небольшая помощь в «раскрутке». Дайана в первые годы их брака действительно помогала Крису, и сюжет первой его книги был подсказан именно ею. А теперь она медленно умирала от опухоли мозга. Глядеть на страдания действительно любимой жены было невыносимо. Он добровольно заменял медсестру и сиделку у её постели, менял белье, мыл Дайану, кормил её; но всего этого было недостаточно, чтобы исцелить её. И Крису пришлось принять предложение рекомендованного ему врачом хосписа. На условиях анонимности Дайана легла в её последний приют. А Крис уехал. С самой первой своей книги он взял за правило сначала пожить жизнью, которую сочиняет своему герою, и научиться тому, что должен уметь тот. Таким образом, каждый герой как бы становился его прототипом, Крис словно писал о самом себе. В результате к четвёртой книге он успел побывать в шкуре автогонщика и сноубордиста, участвовал в различных соревнованиях, пилотировал самолёты, исследовал далёкие острова, выучил четыре иностранных языка и немного повоевал. По замыслу этой книги герой его был смотрителем леса и жил в глухой чащобе абсолютным отшельником после личной трагедии. Сюжет настоятельно требовал ввести в него женщину, но как это сделать,чтобы не вызвать разрушения образа героя? Разве что сбросить её на самолёте… |