Книга Жизнь точки на карте, страница 41 – Айрин Серпента

— Знаем, – последовал мгновенный жёсткий ответ. – Полицейская машина будет в течение десяти минут. Даже если вы попытаетесь скрыться…

— Зачем? – недоумевал Майкл. Потом вымученно рассмеялся. – Вот оно что! Вы думаете, я убил Лоретту? Моя сестра утонула. Я вернулся домой…

— Расскажите это полицейским. Они с удовольствием вас выслушают.

— С удовольствием меня слушает только мой психоаналитик, – парировал Майкл, – да и то за деньги. Неужели сейчас полицейским платят так много, что они наслаждаются раскрытием преступлений?

Его невидимый собеседник не сдержал короткого смешка.

— Нет, – признался он после паузы, и в голосе его слышалось невольное уважение к оппоненту.

— Впрочем, я не против поболтать с вами, – проговорил Майкл. – Я не собираюсь скрываться. Вы разрешите мне открыть дверь вашим людям, чтобы им не пришлось выбивать её?

— Пожалуйста. Вы сказали, ваше имя…

— Майкл Ондрада-Йорк.

— Тот самый мистер Ондрада, который руководит…

— Да, мне принадлежит компания «Ондрада Эвиэйшн». Поэтому, если бы я планировал убийство собственной сестры, я тщательнее продумал бы все детали. Мне есть что терять, – он помолчал, услышав звуки сирены. – Приехали ваши люди. Я собираюсь открыть им дверь. Прощайте.

С полицейской машиной прибыл коронёр Нового Южного Уэльса, лично знавший Майкла. Хозяин дома протянул ему руку, и тот, не задумываясь, ответил пожатием. Но не потому, что преклонялся перед деньгами и влиянием. Гарольд Рейнсдау доверял своим впечатлениям. Он знал, что Майкл Ондрада не убивал сводной сестры, и изменил бы своё мнение только под влиянием неопровержимых доказательств. Но таковых не было. Полицейские выловили тело Лоретты Йорк, и его увезла санитарная машина на вскрытие в морг. Один из членов приехавшей на вызов бригады отправился снимать показания у дворецкого, Джошуа Гардинера, двое других занялись фотографиями. Флакончик от духов, валявшийся у кофейного столика посреди комнаты, был включён в состав улик и аккуратно уложен в специальный пакет, который остался у коронёра. При этом Гарольд Рейнсдау не уставал извиняться перед Ондрадой:

— Майкл, ты понимаешь, это всего лишь формальность.

— Я не против, Гарри, – Майкл Ондрада стоял в дверях гостиной, наблюдая за следственными действиями и сложив руки на груди. – Я действительно хочу знать, что повлияло на Лоретту.

— Как ты сам полагаешь, это самоубийство?

Майкл помолчал, раздумывая:

— У неё в последнее время не всё было в порядке с головой. Слышал, наверное, недавно убили ее родного брата, Джеффа, и в тот же день покончил с собой жених Лолли, Анджело Орти. Страшная была история. После этого Лоретта… плохо себя чувствовала.

— Как это выражалось? – быстро уточнил коронёр.

— Ну… она страдала бессонницей. Подозреваю, что ей снились всякие кошмары и она попросту боялась ложиться спать. И иногда… заговаривалась. Боялась, что человек, убивший Джеффа, придёт за ней.

— Она знала, кто убил Джеффри Йорка?

— Я так не думаю. Она обвиняла в смерти Джеффа Хилари Орти – она была его невестой, но мне кажется, что Лоретта считала Хилари виноватой с моральной точки зрения, а не физически. Глупо было бы подозревать её…

— Мы не подозреваем. В том убийстве ничего не ясно и, думаю, ничего мы больше не накопаем. Во всяком случае, не против Хилари Орти. У этой дамы такой вес в обществе, что сбить её с ног могут только убийственные улики – например, её собственное признание или фотографии, на которых она убивает мистера Йорка. И то их тысячи раз перепроверят независимые экспертизы. А что до твоей сестры, Майкл… всё зависит от результатов вскрытия. Если у мисс Йорк были проблемы с алкоголем или наркотиками – сам понимаешь, наркоманы умирают каждую минуту. Я сообщу тебе сразу, как только что-то узнаю. А пока… будь добр, оставайся в пределах нашей досягаемости.