Книга Выживший из Атлантиды, страница 7 – Ксения Пфаненштиль

«Аризель», – подумал он.

Женский силуэт сидел на земле. Растрепанные волосы, смешанные с грязью и ветками от сломанных кустов. Разорванная одежда. Она горько рыдала. В ее голосе была одна боль. Ее любимый и сын лежали бездыханно. Она уложила их на свои колени. Эхо стоял неподвижно. Этот образ всегда будет преследовать его. Дикари. Такие родные. Он ощутил, словно его родной дом вновь уходит под воду, пожираемый пучиной.

Ее голос дрожал, но она смогла сказать все, что накопилась в ее сердце:

— Ты так был нужен нам! Где ты был?

Эхо молчал. Тлеющий запах раздувался ветром по всему селению. Сколько дней она так провела? Что произошло? Он не решался спросить. Шаманка прижалась к его груди, вцепившись ногтями в оголенную плоть на руках Эхо. Он не почувствовал, как кровь пошла из маленьких ран. Ее боль затмевала его собственные страдания. Он подвел ее. Не успел защитить свой островок счастья среди этого мира.

Подобно дикой волчице она билась с ним, когда он пытался утешить ее. Но понимал, что ничто не уймет эту боль.

Они с почестями похоронили каждого. Над каждым скорбели. Вождь впал в беспамятство, узнав о смерти жены. На его место пришел новый, молодой преемник.

Шли месяцы. Аризель приходила к могилам сына и мужа, когда солнце еще не всходило. Пела ритуальные песни. Жгла травы. Ночью, спящую, Эхо уносил ее в шатер. А к рассвету все повторялось вновь. В те времена он оставил свои сомнения в том, что не имеет права лишать жизни.

«Разящей стрелою, смертельным клинком сведу я врага в погибель его. Холодным огнем, горящим внутри, сожгу я врага моего, посмеющего тронуть плоть близких моих, соплеменных друзей. Зажженная ярость не потухнет теперь. Гореть мне, страдая, во всей этой тьме…»

Прошло несколько лет со дня большого траура в племени. Жизнь разрасталась. Эхо не хотел вмешиваться в естественный ход истории и никогда не говорил ничего лишнего. Но всегда принимал участие в массовых делах клана. Шатры начали сменяться хижинами. Люди снова влюблялись и обменивались клятвами верности. Заводили детей. На лице Аризель проступили заметные морщины. Она так больше и не создала семьи.

Девочка-сирота стала ее преемницей, которую шаманка полюбила как дочь. Правление нового вождя шло на пользу всему селению, ставшему целой деревней.

«Все такие же – дикари», – думал Эхо.

Однажды шаманка сказала, что ее преемница что-то хочет рассказать ему.

Прошло уже почти семьдесят или восемьдесят лет, как он пришел на земли дикарей, – заметил для себя юноша, пока направлялся к озеру, где ждала его юная девушка. Было лето. Красная лента играла в ее вьющихся волосах, а белый сарафан подчеркивал ее чистоту и невинность. Он раньше не обращал на нее внимания, наверное, она совсем недавно расцвела и стала девушкой.

— Ты хотела поговорить со мной? О чем? – неожиданно спросил он ее, тихо подойдя, так что она вздрогнула. Все уважали Эхо. Но мало кто из женщин и девушек решался заговорить с ним. Дети и мужчины были его собеседниками. Он сам сторонился этих странных существ – девушек. Конечно, в его мире они тоже были. Прекрасные. Воинственные. Ему предстояла долгая жизнь. Люди жили недолго и умирали от разных болезней. Эхо никогда не болел, еще в детстве ему ввели иммунную вакцину, которая защищала его от всякого вируса и заразы.