Онлайн книга «Якобинец»
|
Имеются в распоряжении Секретного Бюро письма роялистов А. Талона и Т. Ламета, жаль, что до самих авторов не добраться, оба в эмиграции, где подтверждаются факты, что Дантон предлагал спасти королевскую семью за 4 миллиона ливров золотом, но британский премьер отказался выделить такую сумму даже ради спасения французского короля. Самые крупные финансовые приращения Дантона совпадают с периодом тесных связей с роялистами с ноября 1792 по январь 1793 года. В августе 1793 некто Мэтьюс делает заявление от имени британского правительства Комитету Общественного Спасения относительно мирных переговоров. Мэтьюс был немедленно арестован, так как не смог представить никаких доказательств того, что уполномочен вести подобные переговоры. А в декабре того же 1793 года Дантон окольным путем получил сведения от английского агента Уильяма Майлза… о желании британского правительства завязать переговоры, итак, наш «открытый душа парень», любитель «дольче вита», шлюх и застолий, по кличке «фаршированный палтус», он же «Мариус», никто ведь и не поверит. Но если быть внимательнее? Существует письмо Мирабо еще от 1791 года, где тот пишет о содействии Дантона планам Двора … Есть переписка роялиста Теодора Ламета, где тот пишет о том, как засылали к Дантону людей решить вопрос о замене смертного приговора Людовику на высылку, сговор не сладился отнюдь не из-за идейных противоречий, стороны не сошлись только в цене. В это можно поверить, зная, что Дантон едва не похваляется отсутствием принципов. А паршивец Эбер, этот крутой «ультра-радикал», и что? Туда же! Дело заговора «гвоздики», затеянному ради спасения Марии Антуанетты от августа 1793, его люди допустили проникновение де Ружвиля в жёстко охраняемый Тампль, ясно, что не задаром, не из любви к монархии, а его двусмысленное в своем безобразии поведение на процессе австриячки, едва не вызвавшее симпатию к ней женской части зала… и с той же осени он тоже показал нам зубы, параллельно с Дантоном затеяв игру в оппозицию… Вся эта якобинская фронда ультра-левых и правых началась практически одновременно с осени 1793 года… Дантон всегда заметно симпатизировал жирондистам. Его небезвредная «снисходительность» в июне 1793 способствовала легкому бегству из Парижа Верньо, Бриссо и др. развязавших федералистский мятеж… Состав Комитета Общественного Спасения в мае-июне 1793 был главным образом жирондистским. Абсурд бороться со сторонниками Бриссо под их же чутким руководством! Не зря Марат называл этот состав правительства Комитетом Общественной Погибели, не без доли мрачного юмора. И далее, в ноябре 1793 Дантон и его окружение открыто выражают возмущение и озлобление, узнав о казни 22-х мятежников, открыто показывают враждебность к Комитетам, их идеи всё больше сближаются с жирондистскими. Совсем не зря он считался «якобинцем среди жирондистов, но жирондистом среди якобинцев». Мемуаристам запомнился интересный эпизод, относящийся к самому напряженному периоду борьбы среди монтаньяров, разделившихся теперь на робеспьеристов и дантонистов. 4 февраля 1794 года бывшие товарищи по партии, сделавшиеся теперь непримиримыми противниками, встретились в театре на премьере «Эпикарисы и Нерона». Робеспьер сидел в ложе над авансценой, Дантон – в первых рядах партера, а за его спиной устроилась целая свита его сторонников. |