Книга Бывший. Твоя незабудка, страница 7 – Стася Ангелова

— Голова закружилась, — вру я, заставляя себя разжать побелевшие пальцы.

— Душно ей, — ворчит Зинаида Марковна. Тянется к чайнику и наливает мне в тяжелую керамическую кружку кипяток поверх заварки. — Пей давай. На смету посмотрела — и побледнела как полотно.

Я послушно беру кружку. Горячая глина обжигает ладони, и эта физическая боль немного отрезвляет.

— Сумма слишком большая, — говорю я, глядя на темную, парящую поверхность чая. — Испугалась, что мы не потянем. Огромный объем за три дня.

Зинаида Марковна фыркает и протирает стекла очков краем зеленого фартука, предварительно стянув их с носа.

— Не потянем? Да за такие деньги я сама с тобой поеду эти ветки крутить. Наймем еще двух девочек-фрилансеров в помощь. Ася, это наш шанс. Мы аренду за год вперед закроем. Я кредит свой закрою, наконец, за протезирование сустава.

Она замолкает, водружает очки обратно, а потом добавляет тише:

— И Стёпке осенью теплый комбинезон нужен, обувь ортопедическая. На продажах одних дешевых букетов мы к зиме не подготовимся.

Каждое слово бьет точно в цель. Мой мальчик. Моя кровиночка. Я смотрю на женщину, которая несколько лет назад пустила меня, беременную, нищую и сломленную, в свою подсобку. Я не имею права отказаться. Не из-за своих призрачных страхов. Ради сына я выдержу всё.

— Хорошо, — мой голос звучит глухо. — Мы берем этот заказ. Но у меня условие. Я буду контролировать монтаж ночью. Когда в холле никого нет.

* * *

Вечером я забираю Стёпу из сада. Ветер бьет в лицо ледяной крошкой, я застегиваю куртку на все пуговицы. Сын шагает рядом, увлеченно разглядывая лужи.

Затем он останавливается, отпускает мою руку, чтобы прицельно пнуть мокрый кленовый лист, и задирает голову, заглядывая мне в глаза.

— Мам, а Петька сказал, что на зимние праздники к нам Дед Мороз не придет. Это правда?

— Неправда, мой хороший, — я улыбаюсь, поправляя на нем съехавшую шапку. Внутри всё сжимается от нежности. — Обязательно придет. И подарки принесет.

Он довольно кивает и переключается на следующую кучу листьев. А я смотрю на его макушку и повторяю про себя, как мантру: это просто однофамилец. Ни один генеральный директор не будет лично проверять флористику на площадке.

* * *

В первую ночь я приезжаю в бизнес-центр к половине одиннадцатого. Охранник на входе долго сверяет мою фамилию со списками, зевает и выдает пластиковый бейдж.

Огромный пустой холл. Стеклянный потолок, гулкое эхо шагов и металлические каркасы под будущие фотозоны.

Мы с двумя нанятыми помощницами раскладываем инструменты и вскрываем термобоксы с цветами. В смете ни слова о том, кто именно заказал оформление. Просто цифры, артикулы и строгие схемы расстановки.

Работа лечит. Руки помнят, как подрезать стебли под нужным углом, как крепить флористическую губку к сетке. К трем часам ночи каркасы заполнены мокрой зеленью.

Вторая ночь проходит в таком же механическом ритме. Холл преображается в холодный корпоративный оазис. Я работаю на износ, беря на себя самую тяжелую часть, стараясь ни о чем не думать.

* * *

Третья ночь — финальная. Время близится к половине седьмого утра. Помощницы уехали час назад. У меня ноет поясница, пальцы исколоты шипами, но дело сделано. Осталось только оформить длинную белую стойку регистрации.