Книга Воскресшая жена младшего принца, страница 7 – Наталья Смеречинская

Но я и не стремилась. Насколько я помнила, Рафаэль был отнюдь не глупым и, если бы не эти ужасные обстоятельства, стал бы отличным королём, мудрым и прозорливым, способным понять.

Поэтому моя задача — сделать так, чтобы эти надежды сбылись.

Я снова приложила перо к бумаге, но на этот раз лишь для того, чтобы сделать самое важное - нарисовать образ. То же самое я сделала, запечатав послание.

Кривое и косое изображение дракона. Спящего в обнимку с огромной жемчужиной. Длинное чешуйчатое тело обвивало драгоценность будто пытаясь срастись с ней навечно.

О, я вижу эту картину как наяву. Она очень слабо походила на те детские каракули, что я нарисовала, но для посвящённых... О, этот знак говорил о многом! И на него была вся моя надежда.

Какая-то младшая дочь, пусть и знатного рода, пусть и входящая в королевскую семью, ни коим образом не могла знать о тайне, скрывшейся в глубинах королевского дворца. Сотни и тысячи лет доступ к ней можно было получить лишь по крови, и то очень-очень узкому кругу людей.

К которому, помимо воли, пришлось присоединиться и мне. Я горько усмехнулась, вспоминая, как Теодор холодно произнёс: «Мертвецы умеют хранить секреты лучше всех. Сегодня, на пороге смерти, я доверю тебе то, что знают лишь избранные, в жилах которых бежит королевская кровь. Но ты ведь уже никому не расскажешь, правда?»

Я сжала руки, будто наяву ощущая издевательский взгляд Теодора. Вообще младший принц славился своей холодностью и невозмутимостью, но я удостоилась «чести» познать, насколько сильно он умеет «чувствовать» и всю палитру его изощрённого ума.

Знакомый холод начал подниматься от пальцев ног и ползти выше. Нет, Кори, нет, не поддавайся этому состоянию. Ты здесь! Сейчас! В том моменте, когда можно всё исправить и избежать трагедии.

Теодор тебе ничего не сделает! Он не тронет никого, и ты уже об этом позаботилась!

Обняв себя руками и растирая предплечья, я ещё какое-то время посидела на кровати, утешая и уговаривая себя.

Это помогло, всегда помогало, особенно в той жуткой шахте, когда одиночество сводило с ума сильнее голода и жажды.

Теперь же такое самовнушение стало моим якорем. Я взяла себя в руки и окликнула стражника.

— Что, готово уже, барышня? — спросил он, выныривая из полутёмного коридора. — Отлично! А то повозку сладили раньше и велено вас привести. Пора отправляться в путь.

А Рафаэль и вправду спешит. Ну что ж, так тому и быть.

Я поднялась с кровати и подошла к двери. Немного подумав, я не стала сбрасывать одеяло, а только плотнее укуталась в него.

Вряд ли в ссылке мне будет сладко, так что любая вещь будет подспорьем. Тем более разгуливать в лёгком свадебном платье перед стражей не было никакого желания.

Кстати, об этом. Я оторвала от юбки несколько крупных жемчужин, вручную пришитых швеей из лучшего столичного ателье. Немного подумав, я также вытащила две бриллиантовые шпильки из причёски и протянула стражнику.

— Вот, любезнейший, это вам за вашу доброту...

— Не стоит, барышня, — покраснел он, но протянул обе ладони к подарку.

— Это ещё не всё, — сказала я, вкладывая в его руки драгоценности, а поверх них — письмо. — Его высочество, наследный принц и муж моей сестры, наградит вас ещё больше, если вы доставите ему это письмо. Оно содержит в себе информацию государственной важности и очень поможет принцу.