Книга Брошенная невеста морского дракона. Хозяйка Штормового приюта, страница 179 – Юлий Люцифер

— Полчаса.

— Мне нужно проверить поврежденные тросы.

— Их уже проверяет капитан Восс.

— Карты?

— Савер.

— Ложные огни?

— До Роэна ночью всё равно не добраться.

Тея посмотрела на меня.

— Убедите его.

— Он редко слушает.

— Сегодня послушал ваш флаг.

Риан повернул голову.

— Со второго раза.

— Первый раз вы сделали вид, что не заметили, — сказала я.

— Нужно было закончить поворот.

— Буксир уже держал.

— Не полностью.

— Поэтому я повторила.

Тея вышла.

Мы остались вдвоем.

Дверь была открыта. В коридоре проходили люди, поэтому разговор не был полностью личным.

— Вы нашли Далена? — спросил Риан.

— Нет. Его лодки тоже нет.

— Эрден?

Я замерла.

— Что Эрден?

— Не видел его после начала тревоги.

Я вспомнила.

Старик стоял на башне в первые минуты. Объяснил коды. Потом я сосредоточилась на кораблях и перестала замечать, кто находился рядом.

— Он ушел с башни? — спросила я.

— Когда?

— Не знаю.

Риан сел, несмотря на запрет Теи.

— Проверить сейчас.

Мы вышли в коридор.

Брам находился у стойки и пил воду.

— Где Эрден? — спросила я.

— Спустился с башни, когда зажегся третий ложный маяк.

— Зачем?

— Сказал, что вспомнил старый резервный код и должен найти журнал.

— В гостинице?

— Да.

— Вернулся?

Брам покачал головой.

— Я думал, он у вас.

Марта тоже не видела старика.

Торен вернулся с воды и сразу нахмурился.

— Его плащ на месте?

В комнате Эрдена плаща не было.

Не было и дорожной сумки.

Кровать осталась нетронутой.

Под половицей, где он раньше хранил личный журнал, обнаружилось пустое углубление. Но сам журнал находился в нашем хранилище под печатями.

На столе лежала только старая лампа и записка.

Два слова:

«Простите меня».

Риан прочитал, не касаясь бумаги.

— Почерк его?

— Да, — сказала я.

— Это может быть принуждение.

— Или бегство.

Мы проверили служебный коридор, кухонный выход и северную тропу.

На мокрой земле за мастерской нашли следы двух человек.

Один шел ровно.

Второй несколько раз скользил и опирался на палку.

Эрден.

Следы вели к воде.

Там, где обычно стояла ремонтная лодка Далена, осталась пустая привязь.

Канат не перерезали.

Его развязали.

На камне лежал один из инструментов плотника — узкий ключ для креплений.

— Они ушли вместе, — сказал Риан.

— Добровольно?

— Пока неизвестно.

Торен осмотрел следы.

— Дален нес груз. Видите глубокие отпечатки возле лодки.

— Сумка Эрдена? — спросила я.

— Или инструменты.

— Куда могли направиться?

Торен посмотрел на ложные огни.

Роэн продолжал подавать синий сигнал.

Северный маяк погас после красной ракеты.

Третий, восточный, всё еще горел белым.

— На одну из станций, — сказал он. — Или к человеку, который их зажег.

Риан поднял с земли мокрый обрывок ткани.

Темно-коричневая шерсть.

Плащ Эрдена был почти черным.

Куртка Далена — коричневой.

— Следов борьбы нет, — сказала я.

— На мокром камне их могло смыть.

— Записка выглядит добровольной.

— Или написана заранее.

Я посмотрела на пустую воду.

Дален признался, что передавал сведения Торговому союзу, но отрицал участие в диверсиях.

Эрден двенадцать лет скрывал правду, а потом отдал журнал.

Теперь оба исчезли в ночь, когда ложные маяки едва не погубили караван.

Слишком удобно, чтобы считать их виновными сразу.

Слишком серьезно, чтобы продолжать верить без проверки.

— Лодку нужно искать, — сказала я.