Книга Брошенная невеста морского дракона. Хозяйка Штормового приюта, страница 142 – Юлий Люцифер

— Зато бумаги остались.

— Если потеряете ногу, сможете любоваться ими в кабинете.

Риан передал футляр стражнику для описи.

Я поднялась на верхний этаж вместе с ним и Эрденом.

Наверху находился сам ложный маяк.

В центре стояла большая лампа с системой зеркал. Снаружи ее окружали подвижные металлические створки. Цветные стекла можно было менять, создавая белый, синий или зеленый свет.

Механизм работал вручную.

Никакого живого артефакта или сложной магии.

Масляный огонь, зеркала, кодовые диски и правильное место.

Этого оказалось достаточно, чтобы обманывать корабли.

На стене висел список сигналов.

Возле некоторых дат стояли названия судов.

«Дочь ветра».

«Морская лилия».

«Серебряный ветер».

Риан остановился.

Я увидела название одновременно с ним.

Напротив «Серебряного ветра» были записаны дата гибели, последовательность огней и короткое примечание:

«Основной сигнал принят. Судно изменило курс. Корабль сопровождения выполнил удар по корме. Обломки направлены к северной дуге».

Я перечитала строку.

— Корабль сопровождения, — произнесла я.

Риан не двигался.

Его лицо стало неподвижным, почти пустым.

— Значит, регистрационная пластина была повреждена при столкновении, — сказал Эрден.

Риан провел пальцем над записью, не касаясь бумаги.

— Они ударили в корму.

— Чтобы повредить руль и вытеснить судно к рифам, — ответила я.

— Эвар написал, что собирается зайти в бухту. Они не могли позволить ему добраться до Кайрна и сообщить о неправильных огнях.

Внизу Тея коротко приказала кому-то держать инспектора. Следом раздался приглушенный крик: она выправляла перелом.

Риан не отреагировал.

Он продолжал смотреть на строку.

Двенадцать лет он не знал, что произошло с братом.

Теперь ответ лежал на стене ложного маяка, записанный чужой рукой как обычная выполненная работа.

Я не стала говорить, что мне жаль.

Вместо этого взяла чистый лист и начала копировать запись.

— Оригинал снимем вместе с креплениями, — сказала я. — Но сначала зафиксируем положение и всё, что находится рядом.

Риан посмотрел на меня.

— Вы думаете о процедуре.

— Потому что именно сейчас вам труднее всего о ней думать.

Он медленно кивнул.

Мы составили опись верхнего помещения.

Каждый кодовый диск получил номер.

Карту зарисовали.

Список кораблей сняли со стены целиком, не отделяя бумагу от деревянной основы. Механизм маяка оставили на месте, но заблокировали и опечатали.

В дальнем шкафу нашли запас черной смолы, растворитель для каналов, официальные флаги портовой службы и три формы для изготовления печатей.

Одна соответствовала Эстеру.

Вторая — старой службе смотрителей.

Третья была пуста, словно матрицу сняли перед бегством.

— Какую печать унесли? — спросила я.

— Возможно, ту, что использовали на письме инспектору, — ответил Риан.

— Или на распоряжении «Северной звезде».

Мы не нашли списка людей, работавших на маяке.

Только условные обозначения:

«Север».

«Писарь».

«Кормчий».

«Дом».

Последнее слово повторялось чаще остальных.

Возле него стояли пометки о доставке смолы, оплате лодок и сообщениях с Кайрна.

— «Дом» может означать гостиницу? — спросила я.

— Или торговый дом, — ответил Риан.

— Аркелей?

— Пока неизвестно.

На полу возле шкафа лежал обрывок письма. Большую часть сожгли, но сохранилось несколько строк: