Книга Жена Фараона, которую должны казнить, страница 128 – Маргарита Фуаро

— Если мы выйдем к озеру с «возможно», храм раздавит нас законом, а не мечом.

Я ненавидела, что она права.

— Что нужно? — спросила я.

— Открытый суд.

Раэм медленно повернулся к ней.

— У священного озера?

— Да.

Сену вздрогнул.

Я сразу подошла ближе.

— Нет. Его нельзя туда.

— Его не поведут в воду, — сказала Иунара. — Но его имя уже там. Иари умер через воду. Неферет-Айю должны были казнить водой. Менхота утопили в имени. Шаи-Мену спасли песком от воды. Вся ложь завязана у озера. Там же её нужно развязать.

Ремени тихо засмеялся.

Не весело.

— Птахор этого и хочет.

Иунара повернулась к нему.

— Что?

Ремени поднял голову.

Тень у его ног дрожала.

— Если вы приведёте доказательства к озеру, он потребует завершить очищение Неферет-Айи. Скажет: раз её имя связано с чужой виной, только вода покажет, что правда. Он заставит её войти.

Раэм резко сказал:

— Нет.

Иунара посмотрела на него.

— Владыка, если ты откажешься, храм скажет, что ты боишься суда Маат.

— Я не дам ей утонуть.

— Тогда докажи, что суд не требует смерти.

Раэм сжал Сену так крепко, что мальчик тихо пискнул. Он сразу ослабил руки.

— Простите, — прошептал сыну.

Сену уткнулся в него сильнее.

Ремени смотрел на них так, будто это зрелище было для него мучительнее наказания.

— Иари хотел этого, — сказал он.

Раэм поднял глаза.

— Чего?

— Чтобы ты однажды сказал «простите» не стране, не богам, а ребёнку.

Хенут тихо всхлипнула.

Иари снова был в комнате.

Не как тень.

Как отсутствие, которое наконец начало говорить человеческим голосом.

Иунара подошла к Ремени.

— Ты пойдёшь на суд.

Он кивнул.

— Меня убьют раньше.

— Тогда будешь молчать мёртвым. Но до суда дойдёшь живым.

Кахем усмехнулся.

— Это я могу устроить.

Ремени посмотрел на меня.

— Ты тоже пойдёшь.

— Знаю.

— Не как Арина.

Я замерла.

Он продолжил:

— Птахор будет судить Неферет-Айю. Перо уже темнело на её имени. Если ты попытаешься спрятаться за чужой душой, вода возьмёт тело.

— Я не прячусь.

— Тогда реши, чьё имя понесёшь к озеру.

В комнате стало тихо.

Арина.

Неферет-Айя.

Убийца.

Жена фараона.

Чужая.

Живая.

Сколько имён может выдержать одно тело, прежде чем его разорвёт?

Раэм посмотрел на меня.

В его взгляде было то, чего раньше не было.

Не приказ.

Не подозрение.

Страх за меня.

Я отвернулась первой.

Потому что если посмотреть дольше, можно забыть, что это тот же человек, который приговорил меня к воде.

— Когда суд? — спросила я.

Иунара ответила:

— На рассвете.

Сену тихо сказал:

— Не надо к воде.

Я присела рядом.

— Я не дам воде забрать тебя.

— А тебя?

Вопрос был слишком взрослым.

Слишком честным.

Я провела пальцем по его горячей ладони.

— Я постараюсь не отдать и себя.

Он нахмурился.

— Это плохой ответ.

— Зато честный.

Сену сжал рыбку.

— Тогда возьми лодочку Иари. Она знает дорогу назад.

Я посмотрела на синюю лодочку в своих руках.

Раэм тоже.

Хенут закрыла глаза.

Ребёнок, которого мы не спасли, оставлял нам дорогу к ребёнку, которого ещё можно было удержать.

— Возьму, — сказала я.

Ремени вдруг пошатнулся.

Тень у его ног поднялась, обвила его щиколотку, как мокрая лента. Он побледнел.

— Она не даст мне уйти далеко.

— Чья она? — спросила я.

Он ответил не сразу.

— Не Менхота. Не вся.

— Тогда чья?

Ремени посмотрел на лодочку.

— Иари удержал в ней кусок своей тени. Чтобы она не досталась тому имени полностью.