Книга Крыло богини и мягкое перышко для нее, страница 195 – Тата Шах

Только тщательно приходилось прятать исследовательский интерес. Аномалию мгновенного роста, когда их тела преобразовывались скачками, при этом развитие и изменения у обоих соответствовали норме, хотелось изучать. Иначе какая б я была мама! Ставящая опыты на собственных детях? Но удержаться от фиксирования изменений в специально отведенном блокноте не могла. Да, письменность в это время вполне была. Или история привирает или все же это какая-то другая реальность, иногда пересекающаяся с нашей. Нет, печатных технологий еще не придумали, но имелись вполне узнаваемые правила письменности, книги созданные руками. А вот книги ракуарье напоминали современные технологии. Печатный текст лишь иногда напоминал ручной труд. Все дело было в магии или магических ручках не иначе.

Праздники первого дня зимы прошли весело, а самого короткого дня зимы помог сделать еще один шаг навстречу Алексию. За неимением материалов для украшений и ярких лент, мы наряжали дома еловыми ветками и сосновыми шишками. Предложив поставить елку в центре поселения, чуть не спалилась. Не было пока еще такой традиции. Но я виновато спросила.

— А хороводы водить вокруг елки будет интересней?

Меня поддержала Арта.

— Нарядим ее пряниками, может тогда боги увидят нас.

Чуть позже на сам праздник хороводы мы водили именно по кругу вокруг нарядной елки. Кто-то умудрился распороть яркую красную рубаху и мы дружно подвязывали тонкие ленточки. К вечеру они смотрелись ярче, отражая снежинки в свете зажжённых фонарей. Идею с фонарями предложила тоже я, как и вспомнить старинный способ их приготовления. Сало на воздухе не коптило, а светило ярко.

Уже дома, уложив детей и оставшись одни, мы с мужем расположились у печи. Остальные еще праздновали и у нас случилось незапланированное уединение.

— Знаешь, мы действительно хорошая пара. И семья у нас не хуже других. Сомневаюсь, что Аленика захотела бы мне родить. Все же четвертый ребенок не красит женщин.

О том, что знатные женщины не стремятся рожать по семеро и девять детей слышала, но признание этого факта от воина было неожиданным. Вздохнула тяжело.

— А вдруг бы согласилась родить для любимого.

— А ты бы родила для меня?

Кхекнула, вспоминая, что в этом мире все еще девочка. Вот как так-то, двое взрослых деток, муж, а я этот год осталась нетронутой. Помимо воли щеки загорелись. Отвернулась к пламени печи, пряча в свете огня алые щечки. Пусть я обижу его, но не сказать не могу, уважать себя перестану.

— Рожать нужно тому в ком уверена. Да и молода я еще, успеется. А ты зря долго ждал, любая бы тебе была готова родить.

Намекала на женщин которые несомненно могли увлечься видным мужчиной, а получила причину для еще более пущего смущения.

— А ты бы для меня все же родила? — повторил свой вопрос воевода, притянул меня к себе, укладывая голову на свою грудь. И что мне ему ответить?

Молча провела ладошкой по его груди, нарисовав охранный знак. Не торопилась развеивать иллюзии мужчины, запутавшегося в себе. Уж кто как не я знала, что ребенок не удержит того от предательства.

— Я бы хотела своего малыша, но позже. Когда отзвенит весенняя капель, когда тьма уйдет из этого мира, а война с отступниками завершиться в нашу пользу, — он тяжело вздохнул. Хотелось сказать, что я уж точно не виновата в том, воевода до сих пор не стал отцом. Сам выбрал такую судьбу, — если я вернусь целая и невредимая, если мы за следующий год наладим поставки продовольствия и товаров первой необходимости в Кленовую рощу. Если ты все еще будешь этого хотеть. Напомни о своей мечте, вдруг тогда твои желания совпадут с моими.