Книга Медея, страница 166 – Ли Литвиненко

— Слухи не врут, – поднялась Медея и машинально отряхнула платье. – Я здорова и хотела навестить вас, поблагодарить за то, что сделали для меня, – подошла к сухонькому старичку и обняла. – За то что спасли меня.

Ведь за ту поездку, когда доктор Шопот вез её в своей маленькой бричке к обиталищу проклятых, Медея так и не удосужилась сказать ему спасибо. Тогда ей было не до благодарности. Тогда она хотела умереть. И только уговоры этого старичка, заставили её вернуться к жизни. Он спас не только её тело, он спас её душу. Заставил по-другому взглянуть на предоставленный судьбой шанс.

— Умереть еще успеете, – погоняя свою лошадку, уговаривал врачеватель. – А вы поживите. Всему назло, поживите, деточка.

И она выжила. Всему назло, всем назло. И сумела восстановить справедливость. Наказать виновных в смерти семьи. Теперь Медея в неоплатном долгу перед этим человеком.

— Я так рада вас видеть! – она тоже расплакалась, обнимая худенького доктора. – И собак. Так это вы забрали их? Почему?

— О! Ваша преемница, не терпела живность. Как там её имя? Всё время забываю, – обняв Медею за талию, врач повел её к дому.

— Териона.

— Она самая, младшая Хордуон. Она утверждала, что у неё слабое здоровье и непереносимость посторонних звуков. Птичьего пения, мяуканья и собачьего лая, конечно. Полнейшая глупость, скажу я вам. Выдумка. Но Горнер такой мягкотелый. Быстренько избавился от всей живности в доме. Распродал, раздарил. А эти, – старик ласково потрепал собак. – Слишком старые для охоты, никто не хотел брать. Они могли оказаться выброшенными на улицу. Тогда я и забрал их себе.

— А Жужу? Они одного возраста. Папенька купил их в один год. С них начиналась вся псарня.

— О, это ещё один сюрприз этого лета. Идемте, я покажу, – Медею настойчиво потянули за дом.

Там в тени густых вишневых зарослей, обнаружился небольшой сарайчик. Рядом с ним квохтали несколько пестрых куриц.

— Я поселил их в курятнике, наших собак, – доктор Шопот наклонился и вошел в низкую дверцу. – Вот здесь.

Справа в сарайчике были оборудованы гнезда для несушек, рядом с ними насест из тонких жёрдочек. А с лева соорудили что-то вроде собачьих будок. Три квадратных короба.

— Вот он, сюрприз, – указал доктор на крайний ящик.

В нем пищало и возилось несметное количество щенков, раскрашенных рыжими и черными пятнышками. Крупная бассет-мать взирала на все это богатство с растерянным видом, словно сама не понимала откуда такое взялось?

— Жужа? – ахнула Медея увидев собаку. – У неё же никогда не было щенков. Ни разу в жизни.

— Что старушка, решила воспользоваться последним шансом? – обратился врач к собаке.

Та промолчала и только посмотрела на Медею немного виноватым взглядом.

— Вот такие чудеса, – всплеснул руками доктор. – А это видимо счастливый отец. Проныра, он проныра и есть. Во теперь думаю куда девать это богатство? Мне со всем этим не справится.

— У меня есть подходящее место, – расцеловала в щеки старика Медея. – И для них, – кивнула на щенков. – И, если позволите, для вас.

— Вот это караван получился. Нам позавидуют даже орки, с их кочевыми кибитками, – усмехнулся Церус оглядывая вереницу телег, выстроившихся во дворе. Все с высокими непромокаемыми пологами, а те, в которых разместились растения, задернуты наполовину.