Книга Медея, страница 123 – Ли Литвиненко

Медея резко встала на ноги и сразу пошатнулась от нехватки воздуха. Сидя на полу дышать, было легче. Из-за огненного жара, пышущего от горящего потолка, волосы на голове девушки начали дымится. До двери, что отделяла их от свободы, нужно ещё добраться. Медеу охватила паника.

— Обе-ер-р-рнись, – прорычал двуликий. Звериная пасть выговаривала слова смазано, нечётко. Меди не сразу поняла, что он хотел от неё. – Во-о-олк! – раздраженно взвыл Церус.

Вторая ипостась! Точно! Она же сильнее, выносливей и ниже ростом. Как там нужно делать? Представить себя оборотнем. Меди сосредоточилась на образе волчицы и не сразу поняла, что стоит уже на четырех лапах.

— У-у-хо-ди-и-и, – взвыл Цурус и указал ей на выход из псарни.

Меди толкнулась в решетчатую дверь клетки и легко открыла её. Радостно взвизгнув, выскочила из своей тюрьмы и бросилась к выходу. А что с Церусом? Где её любимый? Обернулась.

Он спасает принца. Двуликий взвалил на себя эльфа, сразу сгорбился от его веса и упадка собственных сил. Бедняга, от ран он еле стоит на ногах. Пошатываясь и недовольно рыча, Церус пошел следом за волчицей. Она уже у выхода. Встала на задние лапы и толкнулась в двери. Тщетно. Их заперли. Зло взвыла, заскребла когтями по доскам, что не пускали наружу. Но её лапы не настолько сильны, коготочки двуликой не могли процарапать преграду. И зубы не справятся. Будь она одна, погибла бы.

— Убь-ю-ю-ю, – разъярённо взвыл Церус видя, как пара бьется в попытке выбраться.

Медная шкурка любимой покрылась подпалинами от падавших сверху искр. Конечно, угроза предназначалась не её. Обидчикам, что обрекли их на смерть.

— Ото-о-ойди-и-и,– прорычал волчице и левым плечом, то что без стрелы, на котором висел эльф, выбил двери. Легко. Вот это силища!

Кажется, принц немного пострадал от этого маневра, возможно, ему даже что-то поломали. Бедный Редариэл. Медея мысленно пожелала эльфу благоразумия, когда очнется. Чтобы он понимал необходимость такого обращения и был благодарен за спасение. Иначе… Редариэл превратит их с Церусом во что-нибудь нехорошее. В жаб, например, или кровавое месиво. Мало ли, какое колдовство припасено у остроухого.

Выход свободен. Вывалились в него одновременно и отбежали от пылающего сарая. Воздух. Свежий, прохладный, ночной воздух. Темное небо с пятнышками звезд. Свобода. Медея радостно заскулила, лизнула ногу своего спасителя и упала на клумбу. Словно несмышлёный щенок, стала кувыркаться по ней, сминая траву и радостно помахивая хвостом. С восторгом схватила в пасть какой-то цветок. Горький.

— Ту-у-да, – прорычали сзади и… он что дал её пинка? Увесистого такого, что не удивительно с такими размерами.

Рыжая волчица оглянулась и недовольно рыкнула на огромного зверя. Что он себе позволяет? Решил, что если спас, может ноги об неё теперь вытирать? Пригнула голову к траве и оскалив клыки, зарычала. Она не боится громадину что топтался рядом на двух лапах. Почему он не может порадоваться вместе с ней? Лечь на травку, тут так хорошо.

— Ту-у-у-да, – настойчиво оскалился он в ответ оборотень.

Показывал на ворота. Дверь в них была искорежена и выбита из пазов. Вот как он вошел в особняк. Разломал кованную калитку. Ну и силища. Меди уважительно тявкнула на своего спасителя.

— Ле-е-екарь, – прорычал огромный хищник.