Книга Кровавая алхимия: тайна артефакта, страница 38 – Лисса Мун

На бесцветный пол упали яркие капли, будто из рукава инвестора выкатились помидоры-черри и расшиблись в лепешку. — И как разговаривать со старшими! — Ты теряешь хватку, Руслан, — прошипел Ник. — Моя группа больше не будет тебе подчиняться. — Это угроза? — внезапно перешел на абсолютно спокойный тон Тристан. — Это вызов. Война. Называй как хочешь. Кис вздрогнула при упоминании войны, дернула головой и плавно прислонилась к косяку, открывая часть прохода. — Ты лишь кормушка, — выплюнула Кис мне в лицо, когда я поравнялась с ней. — Руслан ведь тоже не хочет питаться травой. А тебя выбрала Ирис, ты последняя соприкасалась с ее духом, — срывающимся шепотом добавила она для Лизы. — Ты будешь нашей. Мне хотелось выть от боли в замерзших конечностях. Ведь когда мы оказались на улице, ветер пробрал до мозга костей. Колючий и ненасытный он вытягивал из тела остатки тепла и сил. Рядом тряслась Лиза. Закрывала глаза, то и дело норовя отключиться, но тут же вздрагивала и продолжала медленно переставлять ноги. Бок о бок мы выбрались на узкую улицу в малознакомом районе города. Всю свою жизнь я провела в Калининградской области, но родилась в городке на побережье Балтийского моря, в центр приехала учиться. Пошел седьмой год, как улочки Калининграда добродушно приняли меня в свои объятия, но маршруты, занимавшие большую часть моих пешеходных прогулок, чаще пролегали ближе к учебе и работе. Поэтому, куда бежать дальше, не представляла! Душная волна безысходности парализовала. А мерзлая кровь и без того слишком медленно циркулировала по телу и не доставляла ни капли адреналина или кортизола к одеревеневшим мышцам. Душа маленькой бабочкой металась внутри ледяного кокона. — Скоро все закончится, — прошептала я Лизе. — После смерти ведь уже не больно? — с надеждой выдохнула она. Тристан подхватил нас обеих подмышки: меня под левую, Лизу под правую — и поволок к машине. Неужели! Уже всех раскидал? Когда я с трудом забиралась в салон, на лице блуждала довольная улыбка. Внутри оказалось тепло, светло от нежной кремовой обивки и очаровательно пахло той самой вишней, от которой я постоянно теряла голову. Тристан захлопнул за Лизой дверь и быстро очутился на водительском сидении. Подруга прильнула к моему плечу, прикрыла глаза и простонала: — Руслан, ты мой герой. Наш герой. Но будь моим. Тристан протянул нам бутылку воды и сделал вид, что не заметил девчачьего лепета: — Надо попить, чтобы восстановить объем крови. Отвезу вас одеться, а потом накормлю. Лиза никак не отреагировала. Тогда я взяла бутылку, кивнула, смахнула невесть откуда взявшуюся слезу, и помогла подруге попить. Тристан плавно вырулил на однополосную улочку, и вскоре мы оказались на знакомом шоссе, по которому ездил автобус к любимым теплицам. Привычный пейзаж значительно успокаивал. Руки и ноги начали оттаивать. И я бы обрадовалась, если бы находилась в одиночестве, ведь с носа тоже потекло! Сидя в чужой шикарной машине в домашних шортах и футболке, я старательно шмыгала, чтобы не затопить салон вместе с водителем. — Они больше не тронут, — по-своему интерпретировал, издаваемые мной звуки, Тристан. — Поединок уже на третью ночь. Обещаю, в эти дни буду все время рядом.

Никита и его прихвостни не полезут на рожон. Он получил, что хотел. — Поединок? — прохрипела я, голос не слушался. — Сопляк решил, что прожил достаточно, чтобы встать во главе города и диктовать свои порядки. — Так ты все-таки вампир? — Я смежила веки, пытаясь собраться с мыслями, припомнить, почему не верила его словам даже после того, что видела на балу. Но теперь… Теперь не удастся и дальше закрывать глаза на творящееся вокруг меня безобразие. Все, что я не хотела замечать, обнажилось, как мои, не по погоде одетые, ножки. В мире существовали вещи, над которыми я прежде и не задумывалась. А теперь найду им научное объяснение. Стоит только взглянуть в лицо. И я решительно подняла подбородок. В зеркале заднего вида отражались темные радужки Тристана. Он пристально следил за мной, а вовсе не за дорогой. Но машина ехала, куда положено. — Теперь поняла, куда попала? — Тристан дернул одним уголком рта, изображая то ли улыбку, то ли нервный тик. — Не поняла только, как? Вроде сидела тихо в своей лаборатории. И дружила с хомяком. — Я с тобой дружу, — сквозь сон пролепетала Лиза, потянулась, причмокнула и обняла меня покрепче. — Отнюдь, в научных лабораториях, порой, опаснее, чем где-либо, — недобро усмехнулся Тристан. — Новые открытия всегда сулят перемены. А новые технологии, попавшие не в те руки… В общем, я вовремя вмешался в ситуацию. — Я запуталась, — призналась честно. — Разве наше похищение как-то связано с моими исследованиями? И вампиры на балу? — Полагаю, что именно так. — А Химичок — вражеский лазутчик, — заплетающимся языком добавила Лиза. — Кто? — приподнял бровь Тристан. — У нее, видимо, температура, — спешно наговорила я на подругу и почувствовала, как отогревшиеся щеки залил румянец. Почему-то застеснялась, что держу в лаборатории хомяка с такой странной кличкой. Но зачем-то добавила: — Вы с ним встречались. Тристан с недоверием покосился на меня и остановил машину. Маленький двор еще лет сто назад не предполагал такого обилия личного транспорта у жителей. Специального места для парковки не было, и Тристан заехал под куст старой сирени. Голые ветви царапнули стекло, и я поежилась, вообразив, как содралась краска с крыши. Словно вместо гибких прутьев с зеленоватыми почками, заготовленными на будущий год, снаружи раскинулись монструозные лапы с острыми когтями. — Донесу вас обеих, — сообщил Тристан, открывая дверь. — Иди сюда. Покидать уютный салон не хотелось. Пригревшееся тельце повиноваться отказывалось. И я бы лучше доковыляла до подъезда сама, ноги все равно грязные и ободранные — хуже точно не станет. Но Тристан протянул руку и одарил столь красноречивым взглядом, что я беспрекословно запрыгнула на предложенную конечность, а точнее, мешком повисла на плече. На второе он взвалил Лизу, коленом закрыл машину и прямой наводкой отправился к подъезду, будто много раз бывал у нас в гостях. Безошибочно поднялся на четвертый этаж и мягко прислонил нас обеих к стене. Тут я сообразила, что ключи остались дома и дверь заперта изнутри. — Только не ломай, квартира съемная! — испугалась, что Тристан применит силу. Но он молча отсалютовал рукой, подмигнул без намека на веселье или прочие эмоции и скрылся на лестнице.