Онлайн книга «Мой альфа не такой как все»
|
На выходе из корпуса я натыкаюсь на Ромку. Он стоит у двери, словно ждёт кого-то. При моём появлении на его лице появляется кривая усмешка. Ну что, довольна, что больше не скрываешь свою истинную суть? — спрашивает он с издёвкой. Вопрос задевает за живое. Похоже, он слышал мой разговор с преподавателем. Я на мгновение замираю, пытаюсь подобрать ответ, чтобы не выглядеть слабой, но внутри мне больно. Слёзы наворачиваются на глазах. Кажется, Ромка замечает это, и противная усмешка сползает с его лица. — Зря ты это сделала, — бросает он отворачиваясь. — Лучше бы и дальше притворялась до выпуска. Мне хочется ответить, что это не его дело. Что он вообще ничего не знает обо мне, чтобы судить. Но я успеваю лишь сделать глубокий вдох, а после Ромка выныривает наружу, влившись в поток студентов. Я так и остаюсь стоять с невысказанной обидой. Хочется позвонить Егору и пожаловаться. Но я снова останавливаю себя. Не хочу, чтобы он думал плохо про Ромку. Они же друзья, в конце концов. Будет скверно, если они рассорятся из-за меня. Я возвращаюсь домой с ощущением тяжести на сердце. С кухни тянет чем-то съестным аромат у маминой стряпни всегда примерно один и тот же: мясо, специи и жареный лук с морковью. Мама выглядывает в прихожую с улыбкой. Замечает моё выражение лица и хмурится. — Так, а что стряслось, Юль? Неужто Егор начудесил? — она старается быть мягкой, но её беспокойство очевидно. — Не-а, — мотаю головой я и прохожу на кухню. — Он тут ни при чём. Я просто поняла, что мне занижают оценки. Сажусь напротив неё и выкладываю на стол ксерокопию зачётки. Про Евгения Борисовича пока решаю умолчать. Смотри, — начинаю я тоном детектива из сериалов. — Вот этот и этот предмет я пересдавала, так что в итоге у меня четыре, а не три, как было изначально. А здесь и здесь я была уверена, что получу пять... В моменте я не заметила, потому что обстановка и без того была напряжённая, но сейчас понимаю, что все дисциплины, по которым у меня возникли проблемы, вели преподаватели-оборотни. Мама берёт копии, просматривает и с досадой поджимает губы. Жду, что она скажет «я же говорила», но вместо этого она тяжело вздыхает и касается моего плеча Юль, я понимаю, что это неприятно. И на твоём месте я бы тоже расстроилась и даже разозлилась. Но я прошу тебя, не воспринимай это на свой счёт. В конце концов, оценки — это не главное. А что тогда главное?! более осторожным. восклицаю я упрямо. Мама меняется в лице. Взгляд её становится То, какой ты работник, — произносит она неуверенно. — Как ты справляешься с вызовами, как взаимодействуешь со своими коллегами. Но разве преподы не должны к нам также относиться? — спрашиваю я надувшись. Слова повисают в воздухе, словно инородный объект. Во взгляде мамы появляется сочувствие. Я чувствую, как внутри нарастает злость и обида. Мне хочется кричать, рвать листы, требовать справедливости. Но голос начинает дрожать и превращается во всхлипы Почему? Почему они так делают? Я ведь учусь, делаю задания, прихожу на пары... бормочу еле слышно- Потому что для многих из них унизить омегу — единственный способ самоутвердиться — отвечает мама тихо. — Они не могут ничего добиться в иерархии оборотней, а потому обращают всю свою неудовлетворённость и злость против старательных молоденьких студентов вроде тебя. Но ведь так поступают только полные придурки! восклицаю я всхлипывая. Мама |