Книга Серая мышка для зверя, страница 49 – Юлия Мош

Когда все закончилось, Тимур ушел в душ. А я так и осталась лежать. Мы хотели детей, уже год пытались, но сегодня он кончил мне на живот. Мне хотелось плакать, но я точно не сделаю это при моем мужчине. Я уже знаю, скоро он уйдет и тогда я смогу дать волю эмоциям. Интересно, они уже спали вместе? С ней он так же нежен? Хотя вряд ли она тогда хотела бы сбежать от него. Я знаю своего мужа, он прекрасный человек, заботливый, нежный и чуткий. Но со всеми ли он такой? Может ли он быть с другими жестоким властным тираном?

Мне не хотелось думать об этом. Все что мне было нужно сейчас, это его объятия. Я встала и пошла к нему в душ, не подкрадывалась, всегда тихо хожу. Поэтому неудивительно, что Тимур меня не слышал из-за шума воды. Я увидела его силуэт в запотевшей душевой кабине, он стоял под струями и не шевелился. Казалось, он медитирует, но это вряд ли. Обойдя кабину, я осторожно открыла дверь, хотелось прижаться к любимому телу и вместе принять душ, как мы делали уже множество раз. Тимур вздрогнул он моих прикосновений и повернулся всем телом, а я охнула от увиденного.

— Что это, Тимур⁈ — заорала я.

— Какого черта⁈ — заорал Тимур в то же время, видимо он не ожидал меня увидеть. Я не отошла, смотрела на него с вызовом ожидая ответы. — Что ты тут делаешь? — возмутился он.

— Вобще-то живу. Вот решила принять душ с любимым мужем. — резко ответила я, а после опустила взгляд на его живот.

— Ты не должна была это видеть. — ответил он немного спокойнее, но все ещё на повышенных тонах.

— Не видеть что? Следы от твоих любовниц? Я переживаю, думаю что у тебя что-то случилось. Скучаю, в конце концов. А ты просто где-то на стороне бабу нашел. Молодец, Тимур! Тогда зачем вот это все? Зачем свадьба, квартира, планы на будущее? Зачем мы пытались завести ребёнка? — я орала все больше. Алкоголь давал силы и распалял все сильнее. А потом до меня дошла одна простая мысль. — Боже, а что было бы, если бы ребенок был, Тимур? — я быстро развернулась и вышла из душа, сразу оделась, взяла недопитую бутыль и сделала несколько жадных глотков прямо из горла.

— Ева, успокойся. — Тимур подошёл ко мне уже в одежде и забрал вино.

— Иди к черту, Тимур. Мы разводимся. — тихо сказала я, не глядя на него.

— Ева… — начал он, но замолчал.

— Ты мне скажи только вот что. Я видела ее фото. Давай объективно. Она же хуже меня, по всем фронтам. Низенькая, пухлая, не очень красивая. Почему она? Неужели приворожила борщем? — я хихикнула, эта мысль, пьяной мне, показалась забавной.

— Она и правда хуже. Ты идеальная, а она… Ну ты сама видела. И я люблю тебя, это правда. — он был растерян, но пытался это скрыть. Если бы я его не знала, поверила бы, а так-нет.

— Тогда почему? — снова спросила я.

— Я не знаю. — виновато ответил он.

— Уходи.

Остаток дня я провела в кровати занимаясь своим любимым самобичеванием. Чувство вины съедало меня, а отвращение к своему грязному телу добивало. Хотелось мыться, мыться и мыться, что б стереть с себя эти прикосновения, поцелуи, даже мысли. Я ненавидела себя за слабость. Как можно было поддаться? Легко. Много лет я не чувствовала себя не то что желанной, а просто женщиной. Со Славиком было ощущение, что я просто удобная мебель. Старая, потертая, та, которую стыдно показать друзьям, но и выкинуть жалко. Всегда это понимала и принимала. Поэтому да, я сдалась легко, и это было самое мерзкое. Я понимала что ещё чуть-чуть и окончательно упаду в черную яму отчаяния. Зная себя, понимала, ни чем хорошим это не закончится и либо я замкнусь в себе, либо сделаю что-то непоправимое. Я боялась этого состояния, как бы странно это не звучало, но выходить из него страшнее, чем погружаться. Сначала ты просто расслабляешься, твое сознание само опускается на дно и остаётся там дрейфовать, находясь в покое. Сером, безжизненном, но покое. А выход из него всегда эмоционален и болезненнен.