Книга Я люблю зверя, страница 85 – Наргиза Огненная

Я паниковала, хаотично искала выход, подбирая слова и аргументы. Нет, мне нельзя замуж за Маркуса, я только нашла, своего незнакомца и не могу так глупо, из-за кого-то упустить свой шанс быть с ним.

— Анника, ты хоть понимаешь в каком ты положении? — отец чуть не схватил меня за плечи, но остановился и обошел меня. Не хочет видеть. Он злиться и пытается не сорваться, но видимо я этого в тот момент не понимала, так как продолжала давить на него дальше.

Я повернулась за ним, схватила за руку, начала чуть ли не молить:

— Папочка, пожалуйста, не надо, — я покачала головой, не хотела верить в то, что услышала, — я ведь не совершеннолетняя, как я могу выйти за него?

В Элите вообще было не принято выходить сильно рано замуж. Как только становился совершеннолетним, тебя представляли Элите, а потом ты мог гулять несколько сезонов. Наслаждаться своей свободой и немного, как у нас говорили, выгулять зверя. А еще была возможность для одаренных найти себе наставника и заниматься своим даром. И обычно на сезон третий или четвертый, дамы предпочитали выйти замуж или у них уже были потенциальные ухажеры, ну а мужчины, обычно готовы были лишь к тридцати. У нас это считается вообще золотым возрастом, учитывая, что метаморфы жили по 130–140 лет, причем выглядели молодо чуть ли не до семидесяти.

— С моего и конечно же с разрешения короля — можешь. Учитывая ситуацию, ты должна уже выйти замуж.

— Папочка, ничего не было. Мы ничего не делали и нас…

Отец махнул рукой останавливая мои признания.

— Это не важно, Анника…, - потер переносицу, — все видели одно. Тебя и его наедине, плюс ко всему письма. Я одного не понимаю зачем ты написала ему письмо? Раз между Вами ничего нет. Что тебе скрывать? — задавая вопрос отец подошёл и наконец-то посмотрел на меня.

И я рассказала.

Что нас подставили, что я даже не знаю, что написано в письме Маркуса. Как я видела победоносное лицо Нейвары и считаю, что она виновница сей ужасной ситуации.

Отец выслушал, молча не перебивал. Я была рада уже этому.

— Вот так, если хочешь, воспользуйся даром. Мы можем зайти в библиотеку, и ты увидишь прошлое. По крайней мере, те минуты, что мы провели в библиотеки. Ведь, ты всегда сам говорил, что место помнить. Оно имеет память.

Я смотрела на отца переполненная надеждой. И с таким нетерпением ждала ответа, что казалось слышу стук собственного сердца.

— Я уже заглядывал в прошлое, это было первое, что я сделал. Но ты прекрасно знаешь Анника, что я лишь вижу, что происходило в тот или иной момент отрезка времени и в определенном месте, но не слышу. Лишь действия, события, но о чем говорят услышать не дано, как будто смотрю все без звука. Так что со стороны было видно лишь, то, что вы, запыхавшись прибежали друг другу, чуть ли не упали в объятья, а потом начали разговор и показала ты бумагу, и знаешь ли, тут разное можно подумать. От твоего признания, стало чуть понятней, о чем вы говорили, но это не отнимает момента, что вы бежали именно друг другу и были одни, так еще и в тайне. И письма говорят против вас, даже если вы его не писали.

Я услышала логику отца и принимаю ее, но мне был важен вердикт, и я ждала его с затаив дыхание.

— Ох, Ника.

Он тяжело опустился обратно в кресло и было видно, что уже не сердится, не злится. Остыл и теперь уже думает, как поступить более правильно, не думаю, что папочка захочет видеть единственную дочь несчастной и присев обратно в кресло напротив, решила подтолкнуть его. Немного надавить, а точнее, как и в детстве уговорить. Так как видела, что его настрой изменился и он в меня уже кидаться молниями негодования не будет.