Книга Я люблю зверя, страница 19 – Наргиза Огненная

"Что происходит? Так нельзя, срочно нужно чтоб отпустил. " — Хочет кричать мое сознание. А вот мое бессознательное вообще хочет взять первенство на пару с телом и наслаждаться, а здравый разум отправить в нокаут. Что, собственно, сейчас и происходит.

Его объятия стали крепче, хотя куда еще крепче то?

— Хм… ты еще такая мягкая и податливая… — снова вдох уже у моего виска ближе к щеке. А мне не хватает воздуха, сердце ускоряется, что кажется оно выпрыгнет прямо к нему в ладошку. Темнота только усиливает ощущения, что я превратилась в огромный клубок чувств и ощущений.

— Ты и правда очаровываешь, завлекаешь, одним нежным движением своим наклоном головы, — резкий выдох с рыком.

Я так увлеклась его шёпотом, что даже не заметила, что его левая рука крепко прижимает за талию меня к его торсу, а правая медленно водит по бедру через платье. Резким рыком он сжал его. Я ждала сильной боли и думала сейчас вот испугаюсь и оттолкну. Но вместо этого боль была какая-то… приятной? А боль может быть приятной? Ооо… еще как может! Мне хотелось, чтобы он повторил. Это действие оказалось таким страстным. Передавало его желание, что это доставляла удовольствие и небольшое женское превосходство, смешанное с торжеством перед ним. Но его рука ритмично водила вверх… вниз… вверх и вниз. Теперь уже бережно гладя. Мне было сложно уследить за всем что происходило. Он был везде и всюду и при этом успевал шептать мне приятные слова. Посылая тем самым новые волны мурашек и чего-то еще. Что я не могла объяснить. Но это было так приятно. Я была напряжена как струна и одновременно так же, как эти самые струны поддавалась игре искусного музыканта. Выгибалась и звучала как самые незабываемые ноты, что сочиняет поэт при создании нового шедевра.

— Ты так желанна…и… — его губы остановились на изгибе шеи прямо возле вены, где сейчас бил пульс как при беге у зайца.

— Я не должен. Не должен тебя трогать. Останови меня, милая. Пожалуйста… Скажи что угодно. — нежное касание губ, — что тебе противно, — еще один поцелуй выше, — что я дикий зверь, — и еще один.

Он говорит и просит его остановить, а сам целует меня быстрее, сильнее и доходит до губ.

Замирает.

Чувствую лишь легкое касание на моих губах. И уже грубое, какое-то животное рычание в голосе, что заставляет меня очнуться из этого сладкого плена, которым окутана.

— БЕГИ!

Руки меня отпускают, а звериный рык пробуждает инстинкт самосохранение, и я срываюсь и бегу. Ничего не вижу, врезаясь в стены и опрокидывая все чего касаюсь и тут… все освещается и наполняется светом. Бутоны снова освещают пространство. А я судорожно дышу и не знаю, что испытываю больше страх от последнего дикого и страшного рыка, или дрожь во всем теле от возбуждения что до сих пор не отпускал.

Как самая неприличная госпожа, стою дышу, опираясь на колени. Немного дрожу и боюсь, что все же упаду, поэтому подняла руку и нашла опору виде стены. Немного выпрямилась и громко выдохнула.

Что это сейчас было?! Сердце до сих пор стучит как сумасшедшее, а дыхание не хочет выравниваться.

— У тебя такой вид… как бы помягче выразиться… как будто ты побывала в чужой кровати.

Я вскинула голову и посмотрела вперед, передо мной стояла просто роскошная и такая, утонченная женщина. Ее пшенично-русые, длинные волосы, ниспадали каскадами волн по талии, а сверху были аккуратно собраны в небольшую прическу. Больше всего, в ней привлекали губы. Пухлые и нежно-розового цвета. Лёгкой походкой приблизилась ко мне еще ближе и улыбнулась.