Книга Я люблю зверя, страница 112 – Наргиза Огненная

— Да, я хочу поговорить.

Я указал на кресло напротив себя, через свой стол за которым работал и немного вальяжно сам облокотился на спинку. Разговор будет тяжелым, я чувствую эмоции Аллана, он настроен решительно, а еще, гиены бы огненные сожрали, он и правда был влюблен в Аннику. Это я почувствовал еще раньше.

Анника… вся проблема в ней. Все эти два года… Я думал… нет, надеялся, что мне станет легче. Что Филия не успела сделать меня избранником. Ведь тогда в темноте, я сам еще не знал кого целовал. Да и порыв был по юношески необдуманным. Но ее запах и нежность кожи просто свела сума. Мои эмоции вышли из-под контроля. А еще, что было самое удивительное, я не ощущал ее внутреннего состояния, а угадывал, как любой метаморф без моего дара. Угадывал по движению рук, отголоску тела на прикосновения, по дыханию. И мне это настолько безумно понравилось, что я не сдержался. Тогда я подумал, что это я погрузился в свои чувства так глубоко, что не заметил ее, но нет. Когда я нашел свою "темную девочку". Это было не сложно, скорее я просто не ожидал, что ею окажется юная девочка, что даже ни разу не пыталась меня соблазнить. Нет я видел ее восхищенный взгляд, но это скорее был как к королю или кумиру, но не как к мужчине ее мечты. Я даже начал думать, что она неровно дышит к Кигану, вот на него она смотрела иногда с трепетом и восторгом. Было забавно за ней наблюдать. Она вообще была набором противоречий: столько суеты, детского озорства, какой — то неописуемо доверчивой наивности. И при всем при этом, умение попадать в неловкие ситуации и выглядеть при этом очень забавно, что хочется смеяться, умиляться, но никак не ругать или раздражаться. Я понимаю ее отца. Наверняка он не часто ругал свою дочь и не только потому, что это его единственное сокровище, а она была именно сокровищем для него. Я знаю все его чувства, и они настолько искренни и чисты, что я долго удивлялся. Неужели отец может так любить? У моего отца совсем другие и ни капельки не сравняться с господином Редверсом. Вообще он был метаморфом крайне благородным. На мой взгляд даже слишком, но не стану отрицать, что мое уважение он заслужил. Просто как отец, любящий свою дочь и, пожалуй, лишь его мнение мне будет важно, в решении, котором я, наверное, после этого разговора и сегодняшней ночи, приму окончательно.

Аллан молча сел на предложенное место и начал сам:

— Мне тоже нужно было с тобой поговорить, позволь я первый начну?

А это что-то новенькое, Аллана я знаю давно, и он был учтив и официален со мной только при ком-либо, но не наедине. Даже стало любопытно, что он хочет. Так как его чувства сейчас были очень сумбурные и скорее выражали полное почтение и трепета. Это меня удивило еще больше. Ведь страха там не было. Уважение — вот что я почувствовал по отношению ко мне. Я кивнул, пусть будет так, он распалил мое любопытство.

— Адриан, я прошу только не перебивай меня. Дай высказать все что хочу, а только потом принимай решений и не пыли, — он начал волноваться, что-ж вот и страх подкатывает.

— Аллан, говори уже, что хотел, не в твоем характере тянуть, — не любил долгие прелюдия.

— Ты должен стать Императором. — Коротко и решительно, о каком таком долгом рассказе он мне говорил?

— Что? — не понял я вначале, — ты хоть понимаешь, что ты мне предлагаешь?