Книга Зимние звезды, страница 87 – Наргиза Огненная

Мы оба ухмыляемся над этим.

— Когда я принял этот факт, что мне от тебя никуда не деться, точнее, от моих чувств. Мне стало легче. Будто, наоборот, я стал целым, собой. Но ведь тебя рядом не было, и я тосковал. Я стал сталкерить тебя в соцсетях, писать парням, узнавать каждый день о тебе. Даже просил прислать свежие фотки. Ты мало выкладывала их в сеть.

Да, в школе я забросила почти свою страничку.

— И когда совсем было невыносимо, я хотел позвонить тебе. Я вставал с постели и шёл на балкон. Очень долго мог наблюдать за звёздами и небом. Ведь только небо у нас одно на двоих. Мы видим одни и те же звёзды и Луну. И мне казалось, что так я ближе тебе. Будто нас не разделяет несколько тысяч километров.

Мне кажется, я начала ощущать ту тоску, что он испытывал. Будто холод забрался под одежду. Он так это рассказывает, что невозможно не проникнуться.

Он поднимает на меня свой бушующий голубой взгляд.

— И только это небо и звёзды спасали меня от отчаянных поступков. Я хотел поделиться этим с тобой, чтоб когда я уехал в Лондон, ты знала, что я рядом, тебе нужно лишь взглянуть на небо.

Мне кажется, я разорвусь от переполняющих меня эмоций.

Кривоватая улыбка медленно расползлась на его лице, а в глазах был настоящий шторм. Будто Тихий Океан вдруг стал самым буйным. Из голубого неба его взгляд стал серым морем. Сколько же в нём оттенков, насколько может быть разным. Я не знаю этого Артёма, совсем. Вот вроде бы возле меня сидит мой одноклассник и погодка. Но достаточно секунды и передо мной неизвестный мне мужчина, причём такое чувство, что он будто меня старше, разве такое возможно?

Каждое его слово неминуемо попадает мне в грудь, проникает в моё сердце, и ему невозможно не поверить. Его волны накрывают меня, и, кажется, я захлебнусь в этом потоке чувств.

Чудовище, блин! Я не готова была к таким признаниям.

— Знаю, ты не интересуешься звёздами или небесными телами, но для меня они важны, так же как и ты. - он облокачивается обратно на спинку стула и разрывает контакт глазами. Еле сглатываю скопившуюся слюну и ищу что-то попить. Уф, жарко как-то стало?

— Да, я никогда этим не интересовалась, но мне было интересно сегодня, — сделав пару глотков воды, произношу. - Иногда, мне кажется, что ты многое обо мне знаешь, — хмыкаю. -Тщательно собирал информацию эти три года. Даже пугаешь немного.

Признаюсь честно.

— Собирал, по крупицам, — кивает он, — Но если честно, я знал тебя и в школе, часто наблюдал за тобой.

О да, это я помню. Твой прожигающий взгляд мне в спину. Всегда мурашки бегали. Только я тогда считала, что это от ненависти и он специально меня отвлекает.

— Ты когда пишешь контрольную и не знаешь ответа, грызёшь кончик ручки, а когда знаешь, сжимаешь кулачек от радости. Пьёшь очень сладкий чай и любишь барбариски. Когда ты увлечена чтением, то всегда снимаешь обувь и покачиваешь ногой. А когда сильно злишься, стараешься стоять в оборонительной позе, даже если противник больше тебя. Не отводишь взгляд и не пасуешь, хотя боишься до чёртиков. Тебя всегда выдавали руки, они дрожат. Ты очень любила брюки, но наверно, от моих выходок про твою внешность, стала носить юбки.

Я хмыкаю, догадался-таки, что из-за него.

— А ещё когда ты болеешь, ты очень нежная. Хочешь обнимашки и всё плюшевое.