Онлайн книга «Не женщина - загадка!»
|
Он гудит: — Не надо при девочке. Мисс Сандерс? Не соблаговолите ли составить мне компанию? Мы уходим наверх — хотя я еще не всё посмотрела, успела увидеть только одну стену (птичка, жук, скобка, скобка, змейка, мисочка, флажок, собачка), но спорить с мистером Мерфи мне не приходит в голову — я же обещала! Голос дедушки доносится из-за жестко, но невнятно. А голос бабушки я разбираю хорошо: — Ты сам согласился, Ал, — так что не смей теперь шпынять ребенка! Она-то свои обещания выполняет: уходит из лагеря только со своими, без разрешения ничего не трогает, не шумит, не лезет под руку. Ты поставил условия — мы согласились и их соблюдаем Я киваю — да! Я же клятву дала! …в самом начале раскопок бабушка с дедушкой взяли с меня страшную клятву, что я буду ходить только с бабушкой, или с дедушкой, или с мистером Коулменом, или с мистером Мерфи. И маме дома, и потом в аэропорту я тоже в что-то такое обещала, но бабушка с дедушкой умеют брать клятвы правильно, и эти слова, прекрасные и намертво запавшие в память, я иногда повторяю сама с собой: и если я нарушу эту клятву, пусть Амат сожрет мое черное сердце… …пусть Ам-Хех утопит меня в Огненном озере, — с чувством глубокого недовольства на облезлом, но мужественном лице повторяет за мной Зак Морелли на моей кухне. — Пусть змей Хаоса Апоп разорвет меня на части, дюжину скорпионов мне в печень, если я еще когда-нибудь неправильно пойму Маршу Сандерс! …и я так зла на него, так невыносимо зла — как он посмел обмануть мои ожидания? Как ему в голову пришло подумать, что я бы стала намеренно кого-то унижать хоть его, хоть кого угодно другого! Это неправда, неправильно, он не должен такой меня считать! …я трусь об него кошкой, изнемогая от желания, сходя с ума от того, какой он — весь, целиком, полностью, от того, как он пахнет, смотрит, хмурится, как ощущается под моими ладонями, как задыхается подо мной… …и просыпаюсь. Одна в пустой холодной постели… Глава 15. Что было, то было. А если не было? Зак Марша непробиваема на грани невозможного. Да просто за гранью! Сколько ещё можно отрицать очевидный факт, что у меня всё горит в руках?! Даже я уже осознал и смирился. А Марша всё ещё пыталась найти рациональное объяснение происходящему. Хотя, казалось бы, ей должно быть привычней. С её-то познаниями в древнеегипетской истории. С другой стороны: где история, а где — правда об этой истории? И если со странностями браслета я уже сжился — в рекордные для меня сроки, — то признать, что мои сны более правдивы, чем мнение остепененных специалистов, я пока был не готов. Сны — это совсем не то же самое, что огонь, который оставлял вполне реальные следы в окружающем меня мире. Их можно было пощупать, понюхать, увидеть. А сны… Мне было не с чем сравнить их содержание, чтобы убедиться в истинности. Или наоборот. И Марша Сандерс не упускала повода меня в это ткнуть. В то, что я не знаю, не понимаю, не замечаю очевидного. Конечно, она-то замечает! Я ощутил знакомое покалывание в кончиках пальцев. После ссоры, чтобы остыть, я ушел в выделенную мне изначально “комнату для завтраков”. Но несмотря на ноябрьский холод за окном, проникающий сквозь оконную раму, остыть не удавалось. Я не нежная фиалка, но несправедливость ранила острее скорпионьего жала. |