Книга Бессмертная тьма, страница 85 – Тигест Гирма

Разгневанная Кидан подошла к Сузеньосу:

— Что ты им сказал?

Голос Сузеньоса струился, как шелк:

— Жизнь в компаньонстве с тобой станет смертным приговором.

Кидан аж рот раскрыла. Сузеньос занес ее в черный список. Ее лицо перекосилось, только орать не было смысла. У нее осталось тридцать минут, поэтому она проглотила свой гнев и обвела взглядом обтягивающий наряд Сузеньоса. Придется ограничиться им.

Белоснежную рубашку Сузеньос расстегнул на несколько пуговиц, обнажив темную мускулистую грудь. Красная нить веной тянулась вдоль ворота, золотые кольца, украшавшие твисты, блестели на свету в отличие от глаз. Пиджак висел на стоящем рядом стуле. Взять легче легкого.

— Ну давай, попробуй.

— Что попробовать? – спросила Кидан, злясь, что он так легко читает ее мысли.

Сузеньос ухмыльнулся. Вдруг уже он принялся открыто рассматривать ее крутые бедра, тяжелую грудь, пока не сосредоточил внимание на закрытой воротом шее. Его взгляд помрачнел, в равной степени выражая и желание, и отвращение.

Кидан стиснула зубы.

— Прекрати!

— Прекращу, когда прекратишь ты.

— Я же не… так, – в ужасе проговорила Кидан. Хотя после инцидента в зданиях Южного Соста не могла не наблюдать за ним чуть пристальнее. Перед мысленным взором Кидан пронесся непрошеный образ Сузеньоса в полотенце, пропитанный тем дурманящим ароматом. Кидан нахмурилась.

Сузеньос разглядывал ее убранные в высокую прическу брейды, улыбаясь все шире.

— Так куда лучше. Теперь твоя прекрасная шейка на виду.

Глаза Кидан превратились в щелки.

— Немудрено, что никто не хочет быть твоим компаньоном.

Сузеньос поднял бровь:

— Ты тратишь время, оскорбляя меня. Лучше иди соблазняй какого-нибудь вампира. На этот раз я буду смотреть.

Напоминание о вчерашнем. Плечо Кидан покрылось мурашками при мысли о том, как она смотрела на его влажный поцелуй, превращающийся в пронзительный укус. Ноздри задрожали, но Кидан заставила себя успокоиться.

— Понимаю. – Кидан села рядом с Сузеньосом, положила его пиджак на колени и изобразила сочувствие. – Беднягу Сузеньоса никто не выбирает, вот ты и хочешь показать мне, каково это.

— Обожаю смотреть, как ты впадаешь в отчаяние.

— Я не впадаю в отчаяние.

— Что сказал Тадж? Я видел, как ты с ним болтала. – Сузеньос украдкой взглянул на Кидан. – Казалось, он разбил тебе сердце.

Кидан крепче стиснула его пиджак.

— Восхитительно! – Грудь Сузеньоса зарокотала от негромкого смеха.

— Что именно?

— Ты подумала, что Тадж настроен против меня. Он так убедительно провел ту маленькую спасательную операцию в Южном Состе?

Кидан вскочила. Как же она его ненавидела! Дольше пары минут не могла рядом с ним выдержать!

— Эй, погоди. – Сузеньос протянул мускулистую руку. – Мой пиджак, пожалуйста!

Кидан до сих пор сжимала пиджак обеими руками, а тут, скрипя зубами, отдала.

— За твою последнюю ночь! – Сузеньос поднял бокал. – Ты продержалась дольше, чем я ожидал.

Негодуя, Кидан зашагала прочь.

До полночи оставалось двадцать минут, и почти все акторы задание выполнили. Джи Кей, как ни странно, разговаривал… с Инико.

Кидан вышла из душной жары зала и вдохнула свежий, обжигающе-холодный воздух.

Вот и все.

Если не сдаст дранактию, то не сможет остаться в Укслее. Сердце болезненно сжалось, Кидан прислонилась к стене здания, закрыв глаза.