Книга Бессмертная тьма, страница 202 – Тигест Гирма

Самсон уселся на скамье в первом ряду, закинув ногу на ногу.

— Ну, кто сыграет первым?

— Я, – тотчас ответила Кидан.

— Вот так великомученица! – Самсон сверкнул глазами. – А я хочу, чтобы первым сыграл художник. Кажется, он готов дать деру.

Юсеф нервно сглотнул, но выступил вперед. Кидан и Слен встали у него на пути.

— Мы в твои безумные игры не играем.

Лидер Нефрази склонил голову набок. Мгновение спустя Кидан стояла рядом с ним на коленях. Руку ей заломили за спину так, что хрустнуло плечо. Девушка зашипела от боли, не в силах увидеть безликого нападающего.

— Ты, наследница, сыграешь последней.

Мучаясь от боли, Кидан смотрела на друзей сквозь завесу брейдов. «Бегите! – умоляла она одним взглядом. – Бегите!»

Дурачок-Юсеф приблизился к Джи Кею.

— Что ты делаешь?! – заорала Кидан. – Беги… Ай!

Руку ей завели за спину еще дальше, так, что перед глазами потемнело.

Подавшись вперед, Самсон заговорил снова:

— Помните правило. Если один из вас отпустит монашка, перевоплощения не будет.

Юсеф окинул лицо Джи Кея нечитаемым взглядом. Опустившись рядом с ним на колени, он разогнул окоченевшие пальцы монаха и переплел свои пальцы с ними.

Вперед выступила одна из Нефрази, молодая женщина на высоких каблуках. Переносицу ей пронзал серебряный стержень, волосы были собраны в два афропучка. Встав на колени, она погладила Юсефа по щеке так нежно, как способна только любовница, и зашептала ему что-то неслышное.

Неожиданно раздался сдавленный голос Инико:

— Арин, не надо!

Дранайки встретились взглядами. Арин отмахнулась и нависла над Юсефом, словно кошка, собирающаяся его съесть. Инико понурила голову, паника Кидан усилилась.

Арин достала из кармана флакончик из-под духов и вылила содержимое на переплетенные пальцы Юсефа и Джи Кея.

— Что ты делаешь? – Юсеф задрожал.

Арин не ответила – молча достала зажигалку и поднесла к их рукам.

От откровенного ужаса голос Юсеф зазвучал на октаву выше:

— Нет, нет, не надо!

Едва пламя лизнуло плоть Юсефа, он закричал и попытался загасить его другой рукой. Ничего не вышло, потому что Арин перехватила его ладонь и каблуком прижала к полу. Неистовое синее пламя объяло пальцы Джи Кея и Юсефа.

Слен вырывалась из тисков вампиров, бросившихся вперед, чтобы удержать ее. Крик Юсефа врéзался Кидан в душу. Отчаянно хотелось вырвать его из собственных ушей.

— Юсеф, отпусти его! – закричала Кидан.

Юсеф не отпускал, морщась от нестерпимой боли. Чтобы он не сгорел перед ними заживо, Арин потушила языки пламени, ползущие выше запястья Юсефа, а на переплетенных пальцах оставила. Кожа пузырилась и опадала – огонь пожрал плоть Юсефа и Джи Кея.

Тот запах…

По пищеводу Кидан поднялась желчь.

— Пожалуйста, прекратите! – взмолилась она, глядя в пол. – Пожалуйста!

Самсон махнул рукой, Арин отступила.

Пальцы Юсефа и Джи Кея так и остались переплетенными. Слен первой вырвалась из тисков, побежала к ним, сняла жакет и обернула ладони парней, гася огонь. Юсеф перестал кричать и, поникнув, безвольно привалился к ее груди. Разделить им руки, не порвав кожу, Слен не могла. У нее перекосилось лицо.

— Следующая Слен Кварос.

Кидан обезумела от ярости. Схватив правую руку Самсона Сагада, не металлическую, а из плоти, она укусила ее. Сильно.

Зубы Кидан, вгрызаясь, дошли до кости, пока она не почувствовала вкус крови. Самсон выругался и швырнул ее в другой конец зала. Кидан ударилась головой о пол, почувствовав невероятную боль. Перед глазами плыло, но она попыталась найти Слен, а когда нашла, плюнула кусочек откушенной плоти подруге под ноги. Слен быстро поняла, в чем дело, поползла за кусочком и вскрикнула: ее руку в полуперчатке сдавил каблук.