Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 66 – Лариса Петровичева

Раскланявшись с Валентином, я заглянул на кухню. Домовые дремали на скамейках, но двое из них кипятили чайники и закладывали нарезанные фрукты в лимонадницы.

Увидев меня, все домовые поднялись, встревоженно защебетали, и один из них спросил:

— Как там бедная госпожа Азора?

— Плохо, – не стал я ничего скрывать.

Азора действительно выглядела так, что я боялся смотреть на нее. И не смотреть не мог. Тяжелее всего было не подавать виду и притворяться, что все в порядке.

Один из домовых сразу же бросился к лимонаднице, нацедил золотистого напитка, другой метнулся к печи – вытащил поднос с завитками выпечки.

Печь… Азора ведь хотела ее заменить.

У меня сжалось сердце. Нет, мы выстоим, мы справимся. Я не имел права впадать в отчаяние.

— Господин Фьярви, вот! – Третий домовой уже стоял передо мной с подносом в лапках. – Я отнесу ей?

— Отнеси, – согласился я. – С запасами у нас все хорошо. Сможете сами приготовить кашу на завтрак? И простенькое рагу на обед?

— Сможем! Сможем! – защебетали домовые. – Все сделаем, господин Фьярви!

В коридоре послышались торопливые шаги. Я выглянул и увидел служанку, которую отправил в полицию.

Она остановилась, со вздохом привалилась к стене и прошептала:

— Ох, господин Фьярви… что творится!

Я понимал, что во времена эпидемии нас не ждет ничего хорошего, и поинтересовался:

— Записку передала?

— Да, вручила лично в руки: шеф Гемини не спит, работает, – сообщила Пиппа. – Эльфов, кого поймали, мало-мало не убили! Кабачок на Малой Фруктовой разграбили! Больница, слава небесам, держится, но народу там – страшно глянуть! Говорят, на полу больных кладут.

Да, кажется, мы еще легко отделались. В «Вилке и единороге» все было тихо и мирно.

Едва я подумал об этом, как услышал грохот и звон – кто-то высадил одно из окон на первом этаже.

* * *

Азора

Я очнулась, когда внизу что-то загрохотало. Глория испуганно села на кровати, переводя взгляд с меня на дверь.

— Мамочка… – прошептала она. – Мамочка, мне страшно.

— Иди сюда, птичка.

Я протянула к ней руку, Глория спрыгнула с кровати, подбежала ко мне, прильнула, дрожа от страха. Какое-то время мы сидели молча, а на первом этаже, судя по звукам, была драка.

Фьярви сейчас был там. Когда я об этом подумала, мне вдруг сделалось холодно. Под кожей ладоней медленно поплыли струйки огня – магия напомнила, что она здесь и может пригодиться.

— Сиди здесь, – велела я Глории. – Запри дверь изнутри, выключи свет. Я скоро вернусь.

Глаза Глории сделались такими же огромными, как в ту ночь, когда я бежала с ней из Благословенного края.

— Мамочка, ты… – выдохнула она.

Я осторожно, как в далеком детстве, взяла ее личико в ладони и отчетливо проговорила:

— Возможно, на гостиницу напали. Если это так, то я их отвлеку. До тебя никто не доберется.

— Мамочка… – Глория сделалась тихой и маленькой, в глазах, наполняющихся слезами, не было ничего, кроме боли. – Мамочка…

— Я скоро, – пообещала я, чувствуя, как от моих рук растекается тепло, которое окутало и успокоило Глорию. Теперь она ничего не будет бояться – просто выключит свет и будет спокойно ждать моего возвращения. – Через несколько минут. Все будет хорошо, детка.

У меня хватило сил для того, чтобы выйти из номера и пройти несколько шагов по коридору. Услышав, как щелкнул замок, я привалилась к стене, выравнивая дыхание и чувствуя, как все тело покрывается отвратительным липким потом.