Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 62 – Лариса Петровичева

Не знаю, кто первый заорал «Бей эльфов!», но его поддержали – девица из пекарни, имени которой я никак не мог запомнить, швырнула в Веттеля пустой бутылкой. Не попала, зато в ту же минуту часть зевак бегом двинулась в сторону банка, а остальные с неприятными ухмылочками направились в сторону Веттеля. Бургомистр с холуями немедленно куда-то исчез, полиция, которая только что завязывала узелки на лентах ограждения, тоже нашла неотложные дела в другой части города.

Веттель не растерялся – взбежал по ступеням к дверям «Вилки и единорога» и едва слышно выдохнул:

— Три тысячи золотом. За каждый день. Только впустите.

Я кивнул, открыл перед ним дверь и едва успел увернуться от камня, который, по счастью, угодил не в дверь, а в стену.

Увидев, что эльф скрылся в рассаднике заразы, люди отступили: то ли решили не искать новых приключений, то ли подумали, что теперь эльф свое получит.

— Идиоты, – процедил я. – Это не тот эльф!

— Да пофиг! – отозвался голос из народа. – Все они хороши!

Пожалуй, я был склонен с этим согласиться.

Гостиница была похожа на осажденную крепость. Постояльцы разошлись по номерам, горничные и девицы госпожи Бьянки носились с горячей водой и полотенцами: доктор Смитсон рекомендовал обильное питье и горячую ванну. Я не знал, чем это нам поможет, но никогда не спорил с медициной.

Господин Шарль с барменом размешивали витамины в маленьких стаканчиках. Присмиревшие Нар и Очир сидели возле стойки и даже не собирались пакостить.

— Глория плачет, – сообщил Нар, когда я подошел к стойке.

Я кивнул, бармен протянул мне стаканчик с золотистым содержимым. Осушив его, я почувствовал, как от горечи начали шевелиться волосы по всему телу.

— Лечение страшней болезни… – вздохнул я. – Вы уже выпили лекарство, огольцы?

Мальчишки кивнули. По их зеленым рожицам было видно, что они больше не хотят лечиться. Я взял с подноса стаканчики для Азоры и Глории и отправился на третий этаж.

Глория сидела на стуле рядом с кроватью матери, и я с тоскливым отчаянием увидел, что Азора так еще и не пришла в себя. Пузырьков стало больше, теперь они покрывали почти все ее лицо, и я с невероятной нежностью подумал, что, когда Азора поправится, я сделаю все, чтобы она никогда больше не болела и не печалилась.

— Вот, детка, выпей.

Я протянул стаканчик Глории, она послушно выпила лекарство и вдруг тихо-тихо заплакала.

— Дядя Фьярви, я не могу вылечить маму… Я хочу, но не получается…

Я обнял ее за плечи, и девочка разрыдалась.

Где сейчас, интересно, Эвентин Келлиан? Нашли ли его народные мстители? Недаром Азора не доверяла ему. Интересно, знал ли он, что является разносчиком болезни? И если знал, то зачем приехал в Келлеман? Посадить город в карантин? От таких мыслей становилось только горше.

Я погладил Глорию по голове и сказал:

— Ничего, милая, все будет хорошо. Ляг, отдохни. Ты можешь уже болеть, только пока не чувствовать.

Глория кивнула, шмыгнула носом и отошла к своей кровати. Я присел рядом с Азорой и поднес к ее губам стаканчик с лекарством.

* * *

Азора

Я очнулась и не сразу поняла, где нахожусь. Все кругом качалось и рассыпалось цветными мазками – казалось, я плыву на корабле и он попал в бурю. Во рту царила такая горечь, что я невольно удивилась тому, как это меня еще не вырвало.