Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 125 – Лариса Петровичева

Это были настоящие сокровища. Увидев их, Глория ахнула и захлопала в ладоши, а я вспомнила, как совсем недавно боялась, что у меня не хватит денег, чтобы собрать ее в школу.

Когда она убежала в свою комнату, чтобы примерить платье, Фьярви объяснил:

— Это такая гномья традиция. Отцы и деды собирают детей и внуков на учебу, покупают для них все, что нужно.

— Мы и этим зеленым огольцам купили кой-чего, – добавил Конрад. – Все ж не чужие, а двоих мелких негодяев труднее собрать на учебу, чем одну девочку.

— Они очень сильно изменились под вашим влиянием, – сказала я.

Нар и Очир действительно сбавили градус своих проделок и проказ. Теперь почти все их время занимала математика. Ребята сидели с Конрадом над учебниками и тетрадями, чтобы потом начертить и собрать деревянную птицу, которая могла лететь, скользя по воздушным потокам, или кораблик, который свирепо хлопал лопастями по воде ручья.

Келлеман вздохнул с облегчением.

— Хорошие они парни, головастые, – одобрительно произнес Конрад. – Из них выйдет толк.

Очир был младше Нара, но все равно пошел с ним в один класс: сидеть в одиночестве целый год, когда брат и Глория идут на занятия, было для него невыносимо.

В первый осенний день вся наша компания приехала к школе. Глория в своем синем платье важно пошла впереди, сжимая в одной руке портфель, а в другой – букет румяно-розовых астр. Мальчишки шли за ней как отважные воины, они несли сиреневые гладиолусы и то и дело норовили начать ими битву, словно пиками. Дархан, торжественный и строгий, смотрел на них, и его правая рука периодически вздрагивала, словно он хотел поднять ее и вытереть слезы.

— Растут, паразиты, – вздохнул он.

Конрад согласно кивнул.

— Растут. Хорошие парни вырастут.

Фьярви, взволнованный и гордый, встал рядом со мной на участке школьного двора, который отвели для родителей. В начале лета он был гном-одиночка, а осень встречал главой клана – маленького и веселого, и члены этого клана любили друг друга всем сердцем. Мы были разные – и нам было хорошо.

Возле школы расплескалось целое цветочное море. Ученики переговаривались и смеялись, а к Глории сразу же подошла одна из девочек-первоклассниц.

Фьярви заметил:

— Это Авин, дочь почтмейстера. Глория дружила с мальчиками, а теперь подружится и с девочками.

Учительница, госпожа Ланер, встала рядом со своим классом, и ученики умолкли. Кажется, сейчас они по-настоящему поняли, что теперь их детство меняется. В нем будут книги, новые открытия, труд и светлые дороги.

Фьярви дотронулся до моей руки и заметил:

— Азора, ты плачешь.

Я и в самом деле заплакала. Моя Глория, моя отважная маленькая девочка сегодня шла в школу. Это было так радостно и светло, что я не смогла бы не заплакать.

Конрад ободряюще улыбнулся и сказал:

— Это можно, правнук. Я тоже слезу уронил, когда тебя вот таким сопляком в учебу отдали.

— Выросли наши ребятки, – добавил Дархан.

Он старался держаться спокойно и уверенно, но у него от волнения потемнели уши, и я чувствовала, что орк не знает, что лучше сделать: уронить слезу по примеру остальных или пуститься в торжественный пляс.

Потом к нам вышел директор школы. Он рассказал о том, как рад снова увидеть ребят после летних каникул, пожелал всем успехов в учении и выразил надежду, что до конца учебного года школа простоит с целыми стеклами, а не так, как в прошлый раз. Ученики рассмеялись: директор выглядел строгим, но было ясно, что эта строгость всегда по делу.