Книга Чаровница, страница 180 – Марьянна Кей

Из глубины дома крикнет папа, чтобы мы поторапливались.

И нехотя поднимусь, ощущая сонную дремоту в теле, потому, что к бабушке мы всегда выезжали очень рано. К ней нельзя было добраться с помощью обычных порталов. Она жила недалеко от Заповедной чащи, если Полуночный патруль засечет хоть малейшее магическое возмущение в том районе, то будут большие неприятности. Поэтому там и не было порталов, хоть и добираться довольно далеко.

И вот кто, мне скажите, заставлял меня засиживаться за новой книгой? Надо было раньше лечь, тогда бы не ходила я сейчас призраком по дому.

Я открыла глаза, еще даже не сфокусировав зрение, попыталась потянуться. Боль острой стрелой прошила левое плечо, а рука не желала слушаться. Зажмурившись, замерла пережидая. И реальность тяжелым грузом свалилась вновь на меня. Никто не откроет дверь, не позовет, и мы никуда не поедем, весело болтая и предполагая, какая работа вновь ждет нас у бабушки.

Закусив губы, подавила первый всхлип, второй отозвался икотой. Их теперь нет. Я совсем одна осталась среди теней прошлого.

— Прекраснейшая, настоятельно рекомендую пока не совершать никаких движений. Я еще не успел Вас подлатать как следует, — голос послышался откуда-то от изголовья, совсем рядом.

Нервно сглотнув, чуть приподняла голову и встретилась взглядом с лордом Вением, который в этот миг убирал свои руки от моей головы.

— Как себя чувствует, дражайшая? — спросил он с теплой улыбкой.

— Ужасно, — откровенно призналась я и прикрыла глаза ладонью.

Неожиданная, непривычная тяжесть на среднем пальце правой руки удивила. Я уже отвыкла от ощущения колец. Опасаясь, сама не пойму чего, поднесла ладонь внутренней стороной к себе. Так и есть, серебряный ободок.

Очень медленно повернула руку и чуть не задохнулась от нахлынувших на меня чувств. Я даже пропустила слова лора Вения. На моем пальце, холодно мерцал гранями голубой камень. Один единственный в кольце, без вычурной ковки по кругу. Но никогда в жизни я не забуду его и всегда узнаю среди тысяч похожих.

Мой топаз. Точнее даже не так. Родовой камень, который передался от матери к дочери в моей семье. У каждой он был вставлен в разное украшение и ко мне он попал в серебряном кольце, перед самым моим отъездом в Академию Стихий на обучение на шестой курс. Из-за него я выбрала украшением с камнем-переговорником именно серьгу на весь хрящ с топазовыми листьями. Чтобы сочеталось.

— Как? Откуда? — прошептала, не зная смеяться или плакать.

— Здесь был лишь император, значит, и спрашивать Вам нужно у него, — мужчина сел и взглянул на мою руку. — Красивое. Дорогое для Вас?

— Бесценное. — прошептала, стараясь больше не проронить ни слезинки. Достаточно уже с меня слез.

— Не сдерживайте себя. Хочется плакать — плачьте, смеяться — смейтесь. Поверьте, прекраснейшая, прожившему многое, — жизнь невероятно скоротечна и все в ней очень стремительно меняется.

— Я это как никто знаю.

Я не могла отвести взгляд от кольца, как завороженная смотря на него. Несколько царапин появилось на гладкой поверхности, но это не испортила красоты камня. Серебро поблекло и кое-где почернело. Эва когда-то рассказывала, что топазы считаются камнями путешественников. Я не верила, потому, что всегда не очень хорошо относилась к путешествиям. Но если хотя бы на самый мизер я права, то проделаю весь путь до Бореманского замка, чтобы убедиться, что Илериса — это Эва.