Книга Чаровница, страница 160 – Марьянна Кей

Шаг, и мы оказываемся в спальне императора. Еще несколько шагов, и меня опускают на мягчайшую пастель. Когда Раанан отстранился, чтобы снять верхнюю одежду, я закапризничала, не желая прерывать эти волшебные ласки. Мужчина усмехнулся, но вместо того, чтобы прижать меня к кровати и вновь впиться поцелуем, он лег рядом, одну руку заложил за голову и второй подозвал к себе.

Я улыбнулась, привстала, а затем, перекинув ногу, села на него. Проведя руками по широким плечам, нагнулась и проложила дорожку поцелуев по его груди. Глухой стон стал для меня поощрением и осмелев, сначала двинулась вниз, но дойдя до накачанного живота, подняла глаза и наткнулась на внимательный взгляд двух ярчайших изумрудов. Его руки легли на мои бедра, нажали на них, прижимая еще сильнее к себе. Я потянулась и поцеловала губы. Поцеловала так, как мечтала с самого начала нашего знакомства, с того первого занятия по Боевой магии — властно, стремительно, до крови прикусывая его губы.

Вдруг Раанн сел и я ощутила бедрами что-то странное, что показалось мне лишним. А затем поняла, что именно упирается в меня.

— Удобно? — провокационно спросил он.

Я улыбнулась с вызовом, поерзала и прошептала:

— Очень.

Вот теперь на меня будто обрушилась огненная лавина. Волосы Раанана засияли огнем, глаза вспыхнули зеленым и он спустил ткань платья, полностью обнажая. Невероятный поцелуй, околдовывающий, манящий полностью перекрыл боль, которая шла от левой стороны моей спины. От такого контраста боли и страсти, нежности и мягкости, я еще громче застонала, выгибаясь, стараясь прижаться как можно сильнее к обнаженной груди Раанана.

Рывок и я оказываюсь лежащей на спине, а этот невероятный мужчина уже целует мои плечи, спускаясь все ниже. Его руки ласкали мою грудь, поглаживая, сжимая, а затем они сменились губами, которые целовали, и зубами, которые легчайше покусывали. Я все стонала и стонала, распаляясь от бушующего внутри Огня, от рук, которые успели стянуть платье и сорочку, и теперь сжимали мои обнаженные бедра, от колена, плавно раздвигающего мои ноги.

Резко Раанан поднял голову, стремительно приблизился к моему лицу, провел губами по щеке, поцеловал так, что все предыдущие поцелуи меркли перед этим — будто языки пламени, пылающего внутри нас, вдруг соединились, образовывая маленький взрыв, от которого у меня потемнело в глазах.

Сознание померкло, голова закружилась и к горлу подступила тошнота, навалилась сонливость. Я попыталась ее скинуть, хоть как-то прояснить сознание, но ничего не получилось. Лишь услышала:

— Тише, тише, воздушная. Лучше поспи. Ты так ничего и не поняла, глупенькая.

Первые солнечные лучи проникли в комнату и, как назло, попадали прямо в глаза. Они будто специально пытались меня разбудить. Было неприятно жарко, душно. Хотелось найти ванну поглубже и погрузиться с головой в ледяную воду.

Перевернувшись на другой бок, ощутила, как по телу скользит легкий шелк. Он уже не холодил кожу, но его прикосновения были приятны, пробуждая внутри некую особую чувственность. Потянувшись, чтобы размять затекшие после сна мышцы, испуганно распахнула ресницы.

— Стихия! — прошептала ошеломленно, понимая, где мне довелось проснуться.

Как же я могла так опуститься? Вот так просто и без какой-либо борьбы сдаться? Где я потеряла остатки разума и гордости, чтобы додуматься до такого? Забыть о всех принципах и самой решиться продать себя за толику свободы?