Книга Кольцо с опалом, страница 23 – Марьянна Кей, Карл Хаинс

Доехала я удачно, без аварий, пробок или наличия ГАИшников на дороге. Надо Никите написать, чтобы водителю хорошую оценку поставил и чаевые перевел, я отдам. Но это только после того, как доползу на 12 этаж. Мне нравилось, что квартира находится высоко, но конкретно в этот момент, я была бы счастлива жить на первом.

К боли еще и тошнота прибавилась. По лестнице к входной двери я шла скрючившись и держась за живот, а второй дрожащей рукой пыталась приложить чип. Когда дверь противно запищала и открылась, ввалилась в подъезд и с минуту стояла, прислонившись к стене, жадно хватая воздух. Как попала в свою квартиру, уже не помнила, все будто в тумане. Так же как и то, где бросила босоножки, каким чудом не забыла смыть косметику. Последнее из наиболее четких воспоминаний было то, как легла и укрылась с головой, с одним лишь желанием тихо умереть.

Просыпалась я рывками, сначала кровать стала невероятно твердой и неудобной; затем, будто сверху вылили ведро ледяной воды; следом, ощущение, что кто-то хочет заживо сварить. Зато под конец обдало легким теплым ветерком. Я повернулась и потянулась, наслаждаясь последним ощущением, которое уносило все неприятное. Приснится же такое правдоподобное.

Стоило повернуться и зарыться носом в подушку, как я ощутила отвратительный запах гари. Сон как рукой сняло. Подхватилась, срывая маску для сна, мешающую моментально оценить обстановку.

В моей! Кровати! Мужчина!

С кровати я слетела в мгновение ока, путаясь в тонкой простыне, заменившей в жаркие дни одеяло. Ударилась больно об пол попой, но не издала ни звука. Отползла назад, пока не наткнулась спиной на дверцу, ведущую в маленькую гардеробную. Замерла. Сердце стучало, как сумасшедшее, где-то в районе ушей, по спине тек ледяной пот, несмотря на летнюю духоту, а дыхание застыло.

Время потянулось как смола. Минуты не спешили в своем движении, заставляя каждую мою мышцу замереть в напряжении. Я следила за визитером, с ужасом ожидая его действий.

Мужское тело, лежавшее на моем дорогом постельном белье в рваной, местами окровавленной, рубашке, темные волосы, растрепавшиеся по подушке, — все, что можно было рассмотреть, сидя на полу и пытаясь не издавать лишних звуков. Как назло, телефон лежал со стороны мужчины у вазона с фикусом.

С ужасом рассматривая все, аккуратно перевела взгляд на закрытую дверь из спальню; та была все в том же положении, в котором я ее оставила. Не могу даже в своей квартире спать с распахнутыми межкомнатными дверями. Окно тоже оказалось закрытым, из-за чего в комнате было ощутимо душно.

Вернувшись взглядом к кровати, медленно поднялась на колени и тихонько направилась в обход, чтобы забрать телефон и позвонить в милицию. На полпути я остановилась и вновь посмотрела на закрытую дверь и окно. А что я скажу? Извините, но у меня в спальню проник неизвестный и теперь находится на кровати, судя по всему, без сознания? Прислонившись к стене спиной, попыталась вспомнить, не заходил ли со мной кто-то в подъезд и не случилось ли чего-то насильственное.

Но нет, я припомнила, что с трудом зашла, и консьержка помогла мне дойти до дверей лифта, как поднялась одна в кабине. Может быть, кто-то подстерег меня на этаже? Да неужели я не вспомню такое? Руки — чистые, без признаков синяков или царапин. К тому же никаких неприятных ощущений по телу. Я ощущала себя неприлично хорошо и бодро.