Книга Кольцо с опалом, страница 134 – Марьянна Кей, Карл Хаинс

«Коварное создание», — мелькнула в голове непрошенная мысль, и я широко улыбнулся.

Пока Мара весело разговаривала с Егором и была рядом, я позволил себе слегка наклониться, вдыхая приятный аромат ее кожи, все маскируя тем, что хотел шепнуть, что опасаюсь мастера. Я многое повидал, но даже меня его прямо-таки настоящая одержимость своим делом вдохновляла и немного пугала.

Наконец, Егор, что-то придумав, вновь позвал меня под яркий свет ламп:

— Мой король, камера не любит ждать!

На недоуменный и вопросительный взгляд девушки я только пожал плечами, пояснив, что это как-то связано с Шекспиром.

— Король Лир, — кивнула она, явно поняв, в чем дело.

Я замер в свете ярких ламп, в позе, которую задал Егор, но краем глаза следил за Марой, которая смотрела на меня, одновременно что-то обсуждая с Еленой.

— Нет! — мастер резко опустил камеру, недовольно глядя на меня. — Это не то. Это мертвый аристократ, а мне нужен живой! Лирен, ты не стоишь — ты возвышаешься над смертными! У тебя десять минут назад это прекрасно получалось, что изменилось?

Я посмотрел на фотографа с вежливым, но холодным недоумением. Что-то изменилось? Нет, просто мне интересна реакция Мары на все происходящее. Ну, и слегка волнительно от ее внимательного взгляда. Мне неожиданно захотелось, чтобы она смотрела так только на меня. Но вслух, конечно, не признался. Я лишь чуть выпрямил спину, собираясь с мыслями.

— Давай, король, соберись, — выдохнул Егор, вновь поднимая объектив. — Забудь, что ты не один. Ты в своем замке. Ты на троне. И тебе плевать на всех, кто смотрит на тебя снизу вверх. Давай!

Закрыл глаза на секунду, глубоко вдыхая. Бархат приятно холодил кожу, серебряная вышивка слегка покалывала. Я отогнал суету и мысли о Маре, Егоре, о странном мире вокруг. Я — Лирен Истал де Корелто.

И вдруг я почувствовал это.

Тонкую, едва уловимую вибрацию в воздухе. Моя собственная магия Воздуха, обычно спящая в этом мире, тихо отозвалась, подстраиваясь под этот неведомый ритм.

Мне не нужно было стараться выглядеть величественным. Атмосфера, которую она создавала, сама поднимала мой подбородок, делала взгляд тяжелее и глубже. Я просто стоял, позволяя этой странной, теплой силе течь сквозь меня.

— Стоп! — громко воскликнул Егор, вырывая меня из медитативного состояния. — Вот это! Вот это то, что нужно! Не двигайся!

Я вздрогнул, распахнув веки, и столкнулся с горящим взглядом фотографа.

— Да, да! Вот так! — Егор почти шептал, боясь спугнуть момент. — Теперь представь, что вся сила этого мира в твоих руках. Держи это!

Щелк! Щелк! Щелк!

В тишине оглушительно громко раздавались звуки работы артефакта.

— Браво! — тихо шептал Егор.

Наконец, выдохнув, он опустил камеру:

— Вот это выстрел прямо в сердце! Образ короля закрыт! А теперь, мой повелитель, марш за ширму. Нас ждет финальный аккорд.

Я медленно разжал пальцы, убирая руку со спинки кресла, и, сохраняя достоинство, направился к гримерке. По пути мой взгляд скользнул по студии, и я на мгновение замер.

Мара вышла из-за ширмы. Елена только что закончила свою «колдовскую» работу. Я замер в восхищении. От утренней усталости и синяков под глазами не осталось и следа. Кожа девушки словно светилась изнутри, а во взгляде появился тот самый живой блеск, который я заметил в ней еще в машине. Она выглядела отдохнувшей, уверенной в себе и… невероятно притягательной.