Книга Кольцо с опалом, страница 126 – Марьянна Кей, Карл Хаинс

— Почему? — я даже удивилась. — Ты красив, тебе идёт образ, да и я уже не попадаю под понятие «юной». Так что не переживай, у нас после одного-единственного комплимента не принято жениться.

— У нас тоже, но все же…

— Просто наслаждайся вниманием, — подмигнула я, а, зайдя в студию, широко улыбнулась. — Привет, «сладкая» команда!

Лена хмыкнула, отсалютовав мне кисточкой для нанесения пудры, Алексей закатил глаза. Ему не нравилось прозвище Егора и то, что его интерпретация перетекла на их команду, но пока фотографа все устраивало, ассистент не смел что-то громко говорить, чем, собственно, мы и пользовались.

— Машенька, солнце моей души! — счастливо приветствовал Егор. — Я твой должник до конца жизни!

— Жене про это не говори, а то она перестанет сниматься в наших рекламных кампаниях, — пожурила я фотографа.

— Моя дикая роза все понимает, — он махнул рукой, высокопарно заявляя: — она величайшая из женщин.

Я с улыбкой покачала головой. Это может продолжаться вечность. Творец и его Муза.

Стоило Егору, начавшему рассказывать, какой Лирен молодец и вообще, его послали все известные боги этого мира на помощь одному бедному и непонятому фотографу, попаданец наклонился ко мне, слегка задевая кожу теплым дыханием. Я удивленно скосила взгляд, но не пошевелилась.

— Этот Егор меня пугает, — прошептал Лирен, оглядываясь на всю команду. — Ни на одной своей боевой практике я не встречал подобной одержимости.

Честно попыталась сдержаться и не засмеяться. Модели не любили работать Егором, потому что в процессе съемок переставал отвечать своему прозвищу. Если сравнить фотографа с персонажем его любимой греческой мифологии, он мне напоминал… наверное, Пигмалиона. Они оба довели свое мастерство до идеала (конечно, в личном понимании). Разница только в том, что Егор не растворяется, всегда движется дальше, а скульптор из мифа зациклился на своем творении до такой степени, что даже Афродита оживила статую.

— Он просто творец. Потерпи немного. Ты очень мне помогаешь. Спасибо, — от всего сердца поблагодарила Лирена, поддавшись порыву.

В фиолетовых глазах появилось удивление, а затем что-то похожее на удовлетворение. Конечно, кто не любит благодарность за свои усилия? Тем более, уверена, что Лирен, хоть и не подавал вида, но все же переступал через некоторые свои убеждения. И я очень это ценю.

— Мой король, камера не любит ждать! — воскликнул Егор, обращаясь… к Лирену?!

— Король? — удивленно посмотрела на попаданца.

— Егор сказал, что мое имя напоминает ему какого-то персонажа из… — он задумался, вспоминая, а затем медленно, осторожно проговаривая, явно опасаясь ошибиться, сказал: — Шекспир?

— Король Лир, — быстро сообразила я.

Так себе, конечно, сравнение, но вчера и я сама для консьержа сократила его имя до «Лир». Аналогию только не провела. Егор тот еще выдумщик.

На вопросительный взгляд Лирена я заверила, что после съемки все объясню.

Пока Егор явно не в первый раз давал указания своему «королю», а Лена пыталась поправить макияж для съемки, я видела, как напрягся попаданец.

Его аристократическая осанка, которая в жизни выглядела естественно, в этот момент превратилась в «кол». Лирен морщился, Лена тихо шептала ему что-то, поправляя воротник пиджака, Алексей ворчал под нос, переставляя рефлектор в пятый раз. Один Егор был как рыба в воде, он получал большое удовольствие от работы.