Онлайн книга «Да, моя королева! Дилогия»
|
Между тем, дни летели, Лера стала настоящей затворницей. Лишь пару раз в день она на короткое время выходила из своих покоев – то, чтобы принять пищу во время общей семейной трапезы, то, чтобы отправиться перед сном в купальню, куда ее неизменно сопровождала старая кормилица – не иначе, как по прямому приказу госпожи Сун Хын. И вообще, когда девушка находилась не в собственных покоях, за ней обязательно кто-то наблюдал – или одна из личных служанок старшей госпожи, или стражники, теперь постоянно находившиеся в карауле у обоих входов в поместье советника. Девушку это неимоверно раздражало, но она не могла ничего поделать: все в имении подчинялись госпоже Сун Хын. Особенно не по себе становилось Лере, когда она замечала тяжелый взгляд молодого стражника Бён Хёка. Казалось, он догадывался о ее участии в побеге разбойников, но ничего доказать не мог и теперь затаил злобу на старшую дочь королевского советника, до поры, до времени глуша ее в себе. Лера в такие моменты старалась скрыться от его прожигающего взгляда и, хотя чувствовала себя в безопасности в «родительском» доме, не была уверена, что, появись у воина такая возможность, он не отыграется на ней за все свои унижения и наказание хлыстом за то, что заснул на посту. Мальчишку, сына трактирщицы Аран, который несколько раз появлялся у задней калитки, ведущей в усадьбу, стражи грубо прогоняли, и, несмотря на то, что пацан канючил, что ему надо повидаться с «сестрой», ее никто не подзывал, а в последний раз вообще пригрозили, что если мальчишка еще раз появится здесь, ему просто выдернут руки-ноги и бросят подыхать прямо так. Испуганный ребенок умчался вихрем по улице прочь от поместья и, прибежав в трактир, все рассказал сидевшему там в это время в одежде небогатого поселянина Юн Хо. Тот, выслушав рассказ Кён Су, заскрежетал зубами, а потом, потрепав мальчика по темным вихрам, сказал: — Всё, парень, больше не ходи туда! Не надо! Тот шмыгнул, провел пальцем под носом туда-сюда и кивнул: — Ладно, хён! Только нуна* мне всегда такие вкусные лепешки давала… Нуна* («сестрица») – обращение парней (мальчиков) к старшей по возрасту женщине (девушке) Услышав эти слова сына, проходившая мимо Аран вскинулась строго: — Как будто я держу тебя в черном теле! Стыдись, сын! — Нет, омони, – начал оправдываться Кён Су. – Просто и лепешки, и рисовые пирожки у них там такие мягкие да пышные!.. Ну, ладно, ладно! Чего ты, мам?! – отскочил он в сторону от матери, замахнувшейся на него тряпкой, которой она вытирала со столов, освободившихся после клиентов. – Не пойду я туда больше, раз хён сказал… А Юн Хо виновато взглянул на трактирщицу: — Прости, Аран! Я не должен подвергать твоего сына опасности… Женщина сочувственно вздохнула: — Все настолько плохо, да?.. Он мотнул головой: — Я найду выход. Ладно, спасибо тебе за угощение! – и парень поднялся из-за стола, ниже надвигая на глаза плетеную шляпу. Аран улыбнулась: — Не благодари! Это я должна говорить тебе спасибо – все время помогаешь мне… — Не надо! Ты ничего не должна… Ладно, пойду! Мне нужно попасть еще в одно место… — Ступай! И будь осторожен! – напутствовала она. Глава 32 Лера Продукты в большое имение советника Шим Она доставляли раз в две недели из окрестных деревень, принадлежавших янбану. В такие дни около полудня у задней калитки появлялась целая процессия из людей и повозок, нагруженных мешками с рисом, овощами, сырами и мясом, корзинами с яйцами и клетками с заполошно кудахчущими курами и утками. |