Книга Детский доктор или Попаданка в злую мачеху, страница 85 – Лана Кроу, Елена Смертная

Магия. Магия все еще была внутри меня.

Искры угасли, но вслед за ними ушла и боль. Голова перестала кружиться, в теле появилась легкость — словно я выпила хорошее обезболивающее. Я вздохнула полной грудью. Жаль, что для душевной боли нет такой таблетки.

Хотя… если нам больно кого-то терять, значит, эти люди были достойны нашей тоски. Значит, они заслужили, чтобы мы по ним скорбели.

Я оттолкнулась от стены и выпрямилась. Все, хватит плакать.

Асмир мертв. Катрин украла у меня годы, украла его, украла мою жизнь. Но она не заберет у меня детей. Не заберет их дом. Я была уверена, что вернулась сюда именно за этим.

Я все исправлю. Мы все исправим с детьми… И начать все исправлять следовало с разговора, который все расставит по местам.

* Ирина *

Когда я подошла к двери, она была приоткрыта. Свет свечи тянулся из щели, а внутри слышался взволнованный шепот. Я замерла за косяком, невольно прислушиваясь.

— Рина на нас обидится, Тит. Это… неправильно, — голос Вики был встревоженным.

— Это не наша тайна, Вики. — Тит говорил твердо, и в его тоне слышалась знакомая защитная жесткость. — Нельзя выдавать чужие тайны.

— Но Рина хорошая! Она нам помогает, и Марте, и она очень старается купить для меня лекарство…

— Папа учил: если тебе доверили тайну, ты не имеешь права ее рассказывать. Никому. Даже если тебе кажется, что человек хороший.

Асмир.

В грудь словно что-то ударило — это было острое болезненное чувство. Я прикрыла глаза, пережидая волну. Нужно время. Я привыкну жить с этой раной, как привыкла со всеми предыдущими. А пока…

Я толкнула дверь.

Дети замерли, как испуганные зайчата. Вики сидела на кровати, вжавшись в спинку, пальцами сжимая край одеяла. Тит стоял напротив, заслоняя собой сестру — плечи напряжены, кулаки сжаты, взгляд исподлобья. В комнате царил полумрак, только свеча на прикроватном столике отбрасывала танцующие тени, делая обстановку еще более напряженной.

— Не спите, — сказала я спокойно, проходя внутрь комнаты.

Дети молчали. Вики опустила глаза.

— Мы… читали, — наконец выдавил Тит, но прозвучало это совершенно неубедительно.

— Тит, — я старалась говорить мягко, без нажима. — Я думаю, папа учил вас не только чужие тайны хранить. Наверняка он учил и не врать.

Мальчик упрямо сжал губы.

— Я уже увидела Марию, — сказала я прямо. — Скрываться больше нет смысла.

Я окинула взглядом комнату. Кровати аккуратно застелены, на стуле сложены вещи. Ничего лишнего. Но девочка была здесь, ушла ли она? Или где-то прячется в комнате? Где она вообще могла прятаться так долго?

— Она не хочет, чтобы про нее знали, — Тит шагнул ближе к Вики, и в его голосе зазвучала сталь. — Мы не будем ее выдавать. Хоть что говори.

— Тит… — Вики дернула брата за рукав, но он не обернулся.

— Мы это обсуждали, Вики, — отрезал он. — Папа говорил: если дал слово — держи. А я дал.

Он стоял передо мной, маленький, взъерошенный, с горящими глазами, и был похож на своего отца. До боли похож.

Я не стала спорить. Не стала требовать. Я прошла в комнату и присела на кровать, чтобы быть с ним на одном уровне. Это создавало более дружескую обстановку, чем когда я стояла в дверях и пыталась что-то выяснить.

— Тит, — сказала я тихо. — Ты заботишься о ней, правда?

Он нахмурился, не ожидая такого поворота.