Книга Ивар и Эрика, страница 17 – Алексей Фирсов

Наклонившись, я быстро чмокнул Эрику в щеку.

— Ивар?

Но по ее лицу, слабо освещенному отражением от экрана, я увидел, что она не сердиться.

— Ты прелесть!

Выпалил я и мучительно покраснел. Хорошо, что в темном зале ничего не видно!

После фильма мы возвращались уже по малолюдным, полутемным улицам. На завтра был выходной. Виндобонцы в этот день посещали церковь и проводили время на пикниках где-то за городом. Вечер был свеж и Эрика застегнула плащ и повязала поясок, что подчеркнуло стройность ее и узость талии. Ее каблучки звонко цокали по булыжникам мостовой. Мы миновали фонарь и повернули на свою улочку — впереди ни души. Эрика здесь внезапно остановилась, повернулась во мне лицом.

— Ты хочешь меня поцеловать?

Она спросила тихо и прикусила нижнюю губу.

Я перевел дыханье, не веря своим ушам и тут же прикусил язык, чтобы не ляпнуть что-то невпопад.

Эрика не стала ждать ответа, а подняла руки и обняла меня за шею. Я осторожно взялся ее за талию. Мне пришлось наклонить голову. Наши губы встретились.

Горячие, влажные губы Эрики обхватили мои губы тугим кольцом. Их волнообразные движения отозвались в моей спине восхитительной дрожью. Она прикрыла глаза, а я таращился на нее как дурак, не веря своим ощущениям!

Когда ее губы исчезли, мне показалось что поцелуй продлился целую вечность.

Эрика перевела дух и тихо засмеялась.

— Я поцеловала тебя — теперь твоя очередь!

С этого вечера наши отношения перешли на следующую ступень. Жажда поцелуев охватила меня как пожар. Ни о чем ином я не мог думать. Только сладкие губки Эрики занимали мое воображение.

От поцелуев я вспыхивал как ведро с бензином. Моё тело требовало большего и возбуждение, охватывавшее меня порой трудно было скрывать.

Эрика уходила к себе в комнату с распухшими губами. А я до полночи метался на кровати не в силах заснуть и тискал подушку.

Старый фермерский грузовичок сегодня вывел меня из равновесия. Болты и гайки проржавели насмерть, и пока я смог отсоединить коробку передач с меня сошло сто потов.

Я вполголоса ругался, проклиная старую развалюшку, которой место давно на свалке когда услышал шаги и разговор на незнакомом языке. Незнакомом только на первых порах. Потом звуки обрели смысл и я неожиданно понял все, о чем говорили двое мужчин. Одним был Юрген, а другого я не знал. Из ямы в гараже мне были видны только ноги мужчин стоявших рядом с воротами гаража.

— Перспектива неважная — бросить дом, своё дело и начинать все заново за несколько сотен километров от родины!

— Наша родина — Тевтония, Юрген! Она ждет нас! Каждый тевтонец обязан в это время приложит все усилия на благо и укрепление родины!

— Я родился в Виндобоне, Михаель, так же как мой отец и дед! Ты зовешь меня в страну, в которой я никогда не был!

— Но сына ты все же отправил в Тевтонию.

— Отправил — учиться, Михаель! Он получит диплом и вернется сюда к нам!

— Студенты университета — они же офицеры запаса, Юрген. В случае войны твоего Генриха призовут в ряды армии.

— Война? Какая война, Михаель?

— Жизненное пространство на востоке и враги на западе как сказал великий наш вождь!

Война будет, Юрге и очень скоро. Славония — это недоразумение господнее, а не страна, падет под ударами доблестных наших воинов! И тогда Виндобона будет граничить с Тевтонией! Виндобоне придётся выбирать или великая Тевтония или дикий Ассор!