Книга Печальный Ангел или девять жизней принца Кристиана, страница 50 – Алексей Фирсов

Убийцы таращили глаза и в один голос твердили, что все сделано во благо Кристиана по заданию мага–хранителя Лораса.

Сам Лорас в очередной раз исчез, поставив Кристиана в сложное положение.

Предать все огласке и казнить убийц? Или удалить всех Гудрунов из замка и сделать вид, что ничего не было.

— Без казней не обойтись, ваше величество! — говорил Вилей. — Старый паук Гудрун во главе всего стоит.

— Он не признался.

— Вы верите, что эти его туповатые сынки сами устроили заговор против королевской семьи?

— Не верю.

— Казните и старика и его сынков. В Абейнхорте уважают жестоких правителей.

— Я не хочу начинать правление с казней.

— Помиловав Гудрунов вы покажете слабость и да хранят вас тогда боги! — настаивал наемник.

Ночью с бароном Куном Кристиан спустился в крипту собора, что стоял на территории королевского замка. Приказал снять крышки с гробов Дарси и его детей.

Холод в крипте царил отменный, как в хорошем холодильнике, несмотря на жаркое лето там, наверху.

Может потому что крипта располагалась очень глубоко, рядом с ледяными подземными водами?

Разложение не коснулось тел.

Почерневшее лицо Дарси подтверждало версию об отравлении.

Принц и принцесса, были задушены. След от веревок на тонких белых шеях четко виден.

Принцу было лет двенадцать, принцессе около десяти. Лежали, словно не мертвые, а спящие.

Кристиан поежился от холода, проглотил комок в горле.

«Этих детей убили не Гудруны, их убил я!»

На следующий день в замке объявили повеление короля Кристиана: граф Гудрун и его два старших сына отправлялись в хартумский монастырь на покаяние. Прочие члены семейства изгонялись не только из замка, но и из столицы, под страхом смерти им было запрещено возвращаться.

Пергаменты с допросными листами Гудрунов Кристиан велел отправить Хартумскому герцогу.

— Мудрое решение, ваше величество. Герцог сам покарает убийц своих племянников. — Одобрил барон Кун, назначенный новым церемониймейстером.

Бригадир Вилей саркастически хмыкнул.

Король Кристиан взялся за реформы.

Сократил в четыре раза количество должностей при дворе.

Чтобы обойти запрет Великой хартии, Кристиан приказал бургомистру Абейнхорта посадить городскую стражу на коней, получив одним махом почти три полка конницы.

В столице были мощены только улочки Белого города. Глухие каменные заборы в нем Кристиан приказал снести, а аристократам рекомендовал ставить кованые из железа. Пусть не прячутся за заборами как бирюки!

Кристиан приказал мостить все основные дороги, ведущие через ворота к королевскому замку.

Черный город ограждала деревянная стена по земляному насыпному валу.

Вместо нее Кристиан приказал возвести кирпичную.

Разнообразные подати было приказано отменить в пользу единого подушного налога. Селян от уплаты налога освободили совсем.

Бедные деревенские лачуги, что видел Кристиан по пути в столицу произвели на него надлежащее впечатление.

Кристиан начал формировать налоговое ведомство, рассчитывая в будущем обложить налогами с оборота всех торгашей, а налогом на землю аристократию.

Все кабаки в черном городе были выкуплены в казну. Пьяницы должны набивать карманы короля, а не кабатчиков.

Все это не привело к наполнению казны, а совсем наоборот.

Коронный казначей–граф Суган представлял отчет каждое утро, морщился и вздыхал.