Книга Предай их всех..., страница 26 – Алексей Фирсов

— Готов? — спросил Питер по связи.

— В порядке.

— Тогда летим! Йеху!

«Брекер» снаружи и внутри.

До антенного поля долетели без проблем. Можно было бы еще быстрее, но Питер наслаждался пилотированием и устроил карусель вокруг планетоида. Лаки не возражал. Пусть порадуется.

К тому же отличная возможность посмотреть на «Брекер» со стороны. Внешних повреждений на обшивке не заметил. Огромное колесо планетоида вращалось. В панорамных окнах уже не виден свет. Рабы и воины отправились спать? Как и у каждого колеса у «Брекера» имелась ступица — круглый отсек, соединенный с ободом четырьмя трубами. Что там? Какие отсеки?

Приземлились рядом с челноком.

— Я крутой пилот?! — завопил Питер.

— Невероятно!

— Ты так не сможешь, братан!

— Да куда мне!

Лаки вызвал по связи челнок, но Ильди не ответила на вызов.

Зуб не отставал ни на шаг.

Лаки подошел к челноку и открыл люк.

Пока выравнивалось давление в шлюзе, осмотрелся и не увидел в шкафах ни одного скафандра.

Питер с любопытством осматривался в салоне, а Лаки быстро дошел до отсека управления. Ильди исчезла.

— А где твоя девчонка, братан?

— Ушла к подружке кофе выпить и посплетничать.

— Чего?

— Это шутка, Питер. Расслабься. Не знаю где она. Просто не знаю!

— Капитан Фарад разозлится.

— Ага.

— Это хреново, Волк. Поищи ее как следует.

Лаки попытался через пульт вызвать Ильди, но безрезультатно.

В течении часа они вдвоем обследовали поверхность планетоида вокруг. Потом у Питера кончился воздушный картридж. Вернулись к катеру.

— Придётся возвращаться, Волк.

— Лети один, Зуб. Я еще поищу.

— Так не годиться.

— А что делать?

— Вернемся вместе и все расскажем Фараду.

— Просто доложи по связи.

— Уже доложил. Но он хочет видеть тебя.

— Я останусь и буду искать Ильди.

— Лучше не надо упираться, брат.

Питер вытащил из ниши под сиденьем пилота болтер и наставил ствол на Лаки.

— Садись и пристегивайся, Волк.

— А еще братом называл!

— Одно другому не мешает!

Обратно летели в молчании. В ангаре крейсера их ждал Фарад и еще парочка пиратов с болтерами наготове.

— Что скажешь, Волк?

— Ее нет. Она исчезла.

— Где она может быть?

— Я не знаю. Спросите у вашего парня, у Хока. Он круглые сутки на нее глазеет.

— Что еще тебе сказал Хок?

— Сказал, что это ваше распоряжение.

— Мне это дерьмо не нравится! — отрезал Фарад. — Посиди до утра в штрафной и подумай о своих грехах!

— Капитан, когда я успел согрешить?

— Гордыня один из смертных грехов. Пойдешь сам или тебя отнесут?

Штрафной оказалась узкая, холодная комнатка с низким потолком. Стоять во весь рост невозможно. Мебели нет. Оставалось только сидеть на холодном полу, разглядывать иней в углах. Здесь было еще и очень холодно. Скафандр у Лаки забрали, а комбинезон плохо сохранял тепло.

Приходилось то и дело заниматься упражнениями, чтобы разогреться. Видеообъектив под лампой освещения на потолке вероятно все фиксировал.

Через несколько часов Лаки с ностальгией вспоминал свой вонючий пенал для отдыха в кубрике.

Он лишь надеялся, что Ильди время зря не теряла.

Когда на корабле наступило утро, за Лаки пришел Питер. Один и без оружия. Улыбка до ушей. Такой симпатяга.

— Как дела, братан?! Все норм?

— Я тут продрог и наверно заболел.

— Ерунда, Волк! Сегодня турнир, там и согреешься! А для болезных у нас на корабле есть и костоправ. Старик Жозеф. Мы его Клистиром зовем за глаза. Ему не нравится.