Книга (не)случайная невеста для проклятого мага, страница 100 – Марина Халкиди

Эпилог. Спустя четыре года

Он приказал высадить на аллее еще ряд деревьев, а также увеличил количество скамей. И теперь многие влюбленные пары прогуливались вечером по побережью.

С того дня как его прокляла старая ведьма прошло ровно пять лет. Год проклятие медленно убивало его. А затем еще один год оно медленно отступало. И вот однажды он проснулся совершенно таким, каким был запечатлен на своем портрете.

Его маленькая герцогиня лукаво улыбалась, когда заходила речь о том, когда проклятие исчезло. Пришлось заставить ее говорить, хмыкнул он, и хотя прошло уже четыре года, но он так и не поверил до конца, что для нее он в одночасье превратился в себя настоящего. Впрочем, это было неважно, проклятие было позади. Оно отступило. Может, оно было и не таким сильным, или же ведьме не хватило сил заговорить его на смерть. А может, если верить юной герцогине — это любовь победила проклятие. А также этому поспособствовал цветок Лилин, который нашла Вивьен в саду дома, куда они забрались без спроса, загадав, чтобы герцог поправился.

Все может быть, улыбался он в ответ на ее рассуждения.

Впрочем, за эти годы он изменил свое отношение и к богам.

Лерн перевел взгляд на юное создание, которое смешно шлепало босыми ступнями по гальке. В то время как маленькие ботиночки валялись рядом.

— И что прикажете с вами делать, леди Эмма? Разве леди пристало бегать по пляжу с босыми ногами?

— А маме ты не запрещаешь, — нахохлилась малышка, смешно копируя эту самую маму, которая бежала к ним с целой корзиной сладостей.

И впрямь босая, вздохнул Лерн, и подол платья поднимает непозволительно высоко.

Лерн перевел взгляд на других прохожих. И попробуй кто-нибудь из них сказать хоть слово или замечание. Но таких и не было. Юная герцогиня своей искренней улыбкой давно завоевала их сердца. А также кипучей деятельностью. Лекарем она так и не стала. И когда она порой грустила об этом, он напоминал, что она помогала не десяткам, а сотням женщинам и девушкам. Она редко кому отказывала в помощи, и в округе давно знали — герцогиня добра. Правда ее добротой все же не злоупотребляли, ведь на ее страже и защите стоял супруг.

Вивьен опустила корзину на скамью, и юная леди Эмма, забыв о родителях, выбирала вкусности.

Лерн жестом подозвал гувернантку, а сам протянул руку своей леди.

— Мне тут намедни рассказали забавную вещь, только не знаю — верить ли слухам.

— Я бы не верила, — лукаво улыбнулась Вивьен, догадавшись, что супругу вновь донесли о ее проделках.

— Неужели уважаемый господин Корман, да наш градоначальник лгуны?

— Э... — наговаривать на столь почтенных господ она не осмелилась, пытаясь вспомнить что же она успела натворить за несколько дней. Но как назло в голову ничего не приходило.

— Так вот, эти уважаемы люди поведали мне, что два дня назад одна герцогиня, подпоясавшись юбками и сняв обувь, забралась в чан с виноградом. И под веселые песни она отплясывала в этой чаше как уличные танцовщицы с площади Геар.

Вивьен рассмеялась, и в ее глазах запутались солнечные лучи, озаряя ее лицо изнутри.

— А эти уважаемые господа не сказали, что отплясывали в соседних бочках?

Настал его черед смеяться, когда он представил градоначальника с его пышным париком и тростью. А уж образ тучного господина Кормана никак не желал сложиться в его голове.