Книга Служительница. Ход королевой, страница 106 – Марина Халкиди

Фестокл взглянул на настенные часы. Стрелка двигалась очень медленно. И не было возможности заставить ее бежать. Пальцы мага едва дрожали, и чтобы скрыть страх, он с развязностью расправлялся с блюдами на столе.

— Тебя что-то тревожит?- тихо спросила Элоиза.

Маг криво улыбнулся.

— А ты считаешь, что у меня нет причин для волнений?

— Мы почти у цели.

Фестокл взглянул на красивое ухоженное лицо Элоизы. Раньше он не замечал ненависть жрицы к королевской династии. Но судя по ее последним решениям, ею двигала не только жажда власти. Она ненавидела всю королевскую ветвь. Но почему?

Элоиза кивнула на придворных.

— Подождем, пока они набьют свои животы.

Потом будет поздно, решил Фестокл. Гвардейцы ждут сигнал. Мейнстаун ждет сигнал. После этого ужина Элоиза будет мертва, а королева будет жить дальше в своем безумии.

Элоиза, не дрогнув, продолжила ужин, но услужливая память унесла ее в прошлое. Ей исполнилось только четырнадцать лет. Она была почти ребенком, когда в их городок приехал король Пеонир, дед принца Еремия. Элоиза, как и другие дети, разинув рот, смотрела на сказочную карету и великолепную десятку лошадей. Король был стар и некрасив…В тот же вечер отец Элоизы привел ее в богатый дворец. Он сказал, что дочь будет удостоена чести видеть короля…

Слуги не осмеливались приступать к своим обязанностям. Гости уже разошлись. За столом остались только молчаливые жрицы и Фестокл. И Элоиза, которая сидела во главе стола и невидящим взглядом смотрела на белоснежную скатерть. Капли красного вина, пролитые на белоснежную скатерть одним из министров, напомнили жрице красное лицо короля Пеонира.

— Пройдем в гостиную.

Элоиза отбросила собственный бокал. Его ножка преломилась.

— Плохая примета.

— Пролить вино плохая примета, а разбить бокал к счастью,- пробормотал Фестокл.

Маг первым услышал шум. И не прощаясь, без объяснений Фестокл скрылся в одном из коридоров. Его будущее в Полеии подошло к концу. Фестокл сорвал с себя эмблему ордера беренийцев. Несколько магов на лошадях ждали его у конюшен. Фестокл остался верен своим ученикам, он выторговал им свободу и жизнь.

— К границе, быстрее, пока эта ночь не окрасилась в кровавые цвета.

Четверо магов тронули поводья и пустили лошадей в галоп. Фестокл сжал в руках разрешение, подписанное Мейнстауном и принцем Еремеем. Фестокл желал покинуть столицу, пока маг давший обещание, не передумал, а принц не узнал о сделке, заключенной за его спиной…

Элоиза замешкалась только на мгновение. Она не верила, что Фестокл, которого она подобрала на улице и дала ему богатство и власть, осмелился предать ее. Жрица прошептала заклятие и пустила его вслед за любовником. Как только она расправится с заговорщиками, решила Элоиза, то украсит головой Фестокла вход в королевские покои.

Молодые жрицы обеспокоенно переглядывались.

— Соберитесь,- приказала Элоиза.- Учтите, если они одержат верх, то вас, как и меня, ждет одна участь-смерть!

В коридорах дворца вновь кипела борьба. Гвардейцы обратили оружия друг против друга. Братья, которые дали клятву защищать друг друга, и которые присягали своему королю, сегодня стали врагами. Мейн не участвовал в бою. Да и это было не надо. Калари разметала всех на своем пути. Обычные люди не могли противостоять натиску могущественной колдуньи. Придворные и чиновники, привлеченные шумом, прятались в спальнях и кабинетах, желая примкнуть к победителям, кому не были бы благословенны боги.