Книга Повелительница дракона. Книга 3, страница 75 – Марина Халкиди

Жакар затаил дыхание, не желая пропустить даже одно слово одалима. Дрейфус знал, что человеческая жизнь была хрупка. Вместе с остановкой сердца обрывалась и жизнь человека. Но, тогда как? И демоны побери, подумал Жакар, ведь события о которых рассказывал Калид произошли сто лет назад. А Эльвира не выглядела старухой, как обычная человеческая женщина в ее возрасте. Жакар вздрогнул. Он вспомнил древнюю легенду, забытую большинством драконов. Легенду о драконе солнца, который отдал половину сердца человеку, подарив тем самым ему жизнь.

— Ты отдал ей свое сердце? — не поверил Жакар.

— Не такая большая плата, чтобы любимая женщина жила. А я не мог позволить ей умереть. Правда, я не думал, что, спасая ее, обрекаю на более ужасную участь…В твоей фляге еще что-то осталось? Думаю, сейчас мне и впрямь не помешает глотнуть чего-нибудь.

Жакар молча потянул флягу. Он уже не строил предположений, а просто ждал конца истории. И оно его не разочаровало. Дрейфус пару раз не удержался от смеха, оказывается человеческие девушки могли быть занятными, если не промывать им мозги, требуя подчинения. Заинтересовал Жакара и ритуал. Кто знает, может однажды он встретит свою Эль? Дрейфус подумал о минусах того, чтобы отдать часть своего сердца, и пришел к выводу, что к таким резким изменениям в жизни, он пока не готов.

Жакар задумчиво разглядывая дракона света. Дрейфус знал ненависть, злобу, гнев, ярость, презрение. Не чуждо ему было сострадание и ответственность за своих воинов, хотя в это мало кто верил. Но Жакару была незнакома любовь и жертвенность, преданность и вера. Дрейфус почувствовал зависть. Родной отец его ненавидел, а наложницы боялись. Да, возможно, его жизнь сложилась бы иначе, если бы он встретил такую девушку как Эльвиру. Вот только был бы он достоин ее, подумал темный дракон.

— Ты найдешь ее… А если нет, то я лично доставлю тебе голову Шеллы, — пообещал Жакар.

— Я зол на колдунью. И не согласен с ее взглядами, не ей решать кому жить, а кому нет. Но она не солгала. Бабка Эль была ведуньей. Она передала дар внучке. Но я всегда подозревал, что способности Эльвиры к магии передались ей по отцовской линии.

— Демоны не оставляют своих отпрысков в чужих мирах, — возразил дрейфус.

— Это меня и беспокоит, — пробормотал Калид. — С чем Эль столкнется по другую сторону?

«Кровь, пролитая демоном по собственной воле». Эльвире такая постановка вопроса не нравилась, да и ощущала она себя человеком. Пусть не обычным человеком, в результате всех изменений и способности к магии, но точно не демоном.

Девушка оцарапала пальцы до крови. Шелла заставила ее выучить все заклятия на языке демонов. Осталось только не ошибиться.

Пальцы едва прикоснулись к лампе, как Эльвира почувствовала рывок. Тело охватило дрожь, перемещение между мирами не было столь комфортным как портал, открытый много лет назад Сар’теем, скорее пространственный туннель напомнил о похищении духами зейна. Правда теперь вокруг Эльвиры полыхало пламя. Огонь жалил и причинял боль, но не оставлял ожогов. Эль закричала, когда почувствовала еще один рывок, затем девушка зависла в воздухе и упала на землю с высоты нескольких метров. Эльвира попыталась вдохнуть кислород, но закашлялась. Легкие обожгло огнем. Девушка поспешно отбросила лампу в сторону, чтобы она опять не унесла ее в портал. Эльвира открыла глаза, с трудом привыкая к палящему солнцу. Под ногами был песок, но не привычного желтого цвета, а скорее оранжевого с красным отблеском. А вообще природа незнакомого мира напоминала пустыню из привычного человеческого мира. Колорадо…хотя Эль никогда там не была. Только в мире демонов было намного жарче. Если на вершине горы девушка замерзла в брюках и блузке, то здесь буквально за минуты в одежде стало некомфортно и душно. Выступающий пот и тот выгорал на солнце, хм…солнцах: в этом мире их было три- одно желтое, другое оранжевое и третье красное. Судя по всему, сейчас в зените находилось желтое солнце, остальные светила были немного в тени. Эльвира подумала об укрытии. Кожа горела после портала, а солнечные лучи несли боль.