Книга Баронесса де Крейс, страница 39 – Марина Халкиди

— Но я не знала, — Лаура покачала головой. — Я не знала...

— Да, ты не знала! Не знала, что родители Ульрика не разрешили ему жениться на мне, когда твой отец наотрез отказался от своего обещания. И тогда он отправился на войну, чтобы обеспечить нас... И когда я оплакивала его, получив известие о его смерти, ты светилась счастьем, ведь твой Уоррен так любил тебя. И я должна была выслушивать часами о твоей любви, о том, как ты счастлива и любима, в то время как я потеряла все!

Да, подумала я. И все же мне было даже жаль эту Мелани. Нет, я могла ее конечно и осудить. Но хоть служители Великих Отцов и пытались изменить отношение к женщине, но пока они были только вначале пути. И по закону, те же мужья отвечали перед законом, если только забивали жену насмерть, а вот за каждодневные издевательства и избиения они не несли кару. По крайне мере, в этой жизни. Жрецы утверждали, что после смерти с них спросят и за это. Но искалеченным женщинам вряд ли было легче от осознания, что их мучители при жизни оставались безнаказанными.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А ненависть — она способна была испепелить даже самый яркий свет и добро. Вот ненависть и опалила душу Мелани. Скорее всего, именно опалила, а не сожгла дотла, ведь она не взирая на все свои слова и эту ненависть, все-таки не удушила Лауру подушкой. А вполне могла. Причем, ее вину, не факт что доказали бы. Хоть Лаура и была молодой, но и в таком возрасте имели место быть случайные смерти.

Впрочем, судя по лицу Лауры она сейчас не думала о том, как близко находилась все эти годы к смерти. Считай, в шаге от нее. А может, она и не поверила в слова кузины до конца.

— Я… — было начала она и сразу же осеклась, кажется, даже боясь произнести это я, — прости меня, — повинилась она.

Теперь и я непонимающе посмотрела на Лауру. С чего это она извинялась? Ведь ее вины в том, что этот Ульрик сразу не забрал Мелани и не женился на ней, не было. А на войне, что же, все воины, мечтающие заработать состояние своим мечом, понимали, многие вернуться на щите, если конечно они ни нашли свою смерть на чужбине, ведь тогда их тела именно там и предавали земле.

— Поздно! — Мелани вновь расхохоталась. — Ты опоздала со своими извинениями на несколько лет. Тем более, что я уже отомстила тебе за все! Так что мы квиты.

А вот это уже намного интереснее, подумала я. Если она не забрала жизнь Лауры, то как она тогда отомстила ей?

— Что ты имеешь в виду? — вопрос задала я, так как сама Лаура молчала. Как подозревала я, просто страшась задать этот вопрос вслух. — Как ты отомстила?

Мелани удивленно взглянула на меня, будто только заметила мое нахождение в комнате. Она улыбнулась и посмотрела мне прямо в глаза, с каким-то наслаждением отвечая на мой вопрос.

— Лаура так хотела ребенка, но шли годы, а она никак не могла понести...

Мелани подошла к маленькому сундучку, открыла крышку и достала флакон с зеленоватой жидкостью.

— Каждый день ровно пять капель, я добавляла тебе их в напиток. Вот только это не укрепляющие капли, как я утверждала. Ведь именно они и не позволяли тебе понести от твоего любимого Уоррена.

А вот это было жестоко, даже слишком. Лекари и целители искали болезнь, которой, как выясняется и не было. А может, мне уже и не так жаль эту Мелани. Слишком уж изощренной оказалась ее месть. Ведь она нашла и ударила в самое больное место.