Книга Безупречная, страница 66 – Анастасия Аристова

— Хорошо, — он снова выдохнул, но в голосе появилась решимость. — Другой вопрос, что потом мы будем с ними делать? Какова вероятность, что они же не нападут на нас?

— Не нападут.

— Их всех где-то надо будет разместить и чем-то надо будет кормить, — продолжал причитать друг.

— Они не прихотливые.

— А ещё…

— А ещё, заканчивай, — не выдержал я. — двадцать оборотней, Дэм, которые способны водить Уралы. Через пятнадцать минут, — я завершил вызов.

Я убрал джабон. “И действительно, где мы их расположим и чем будем кормить?” — промелькнуло в голове, но я отогнал эту мысль. Потом. Всё потом. Сейчас — только одно: успеть.

Я перевёл взгляд на Гаймориса. Он сидел в кресле, бледный, с перевязанным бедром, и смотрел на меня со смешанным выражением страха и обреченности.

— Переключи связь так, чтобы меня слышали все солдаты. — Обратился я к нему.

Он кивнул, дрожащими пальцами коснулся сенсорной панели. Зеленый индикатор мигнул — значит, канал открыт. Я взял динамик и произнес следующие слова:

— Внимание! Всем солдатам Спарты покинуть лагерь и пройти к Уралам, сесть в них по девяносто человек.

Собственный голос показался мне чужим — жестким, лишенным интонаций. Я повторил сообщение еще два раза, следом проинформировал солдат о том, что они будут погружены в сон, чтобы им сделали инъекции против вируса. Конечно, я врал. Но как по-другому вывести их из той лжи, к которой они привыкли с детства, я не знал. Действия Варвары показали, что правде воины Спарты не поверят. Здесь нужно было действовать по-другому.

Я неосознанно скользнул взглядом по Эвелин.

Она стояла у стены всё так же неподвижно, но я заметил, как её плечи чуть расслабились.

И тут она сделала шаг вперед.

— Ян, — тихо произнесла она.

Я вздрогнул. Не потому, что испугался. Просто ее голос — неожиданный, мягкий — пробил броню, которую я так долго носил. Он был таким же, как семь лет назад. Шёпотом, с той же знакомой интонацией. Зверь внутри меня встрепенулся, рванулся к ней, и я с трудом осадил его.

— Ты же меня помнишь, — сказала она.

Я одернул себя, она предательница. Мои губы сами собой растянулись — не в улыбку, в оскал.

— Я вижу, ты помнишь меня, — продолжила она, и голос ее дрогнул. — Я не предавала тебя, Ян.

Ярость вспыхнула, горячая и острая, как удар под дых. “Не предавала?” — мысленно закричал я. — “Мой отец мертв из-за тебя. Я семь лет носил эту боль. И ты говоришь мне это сейчас?” Усилием воли я подавил гнев. Не время.

— Предположим, — сказал я холодно. — И чего ты хочешь, Эвелин?

— Объединиться. — Она смотрела мне прямо в глаза. — Что ты собираешься делать дальше? Тебе не удержать лагерь. В конечном итоге сюда прибудет подкрепление. И они отвоюют центр управления обратно.

Я усмехнулся. Горько, сухо. Планы мои она хочет знать? А потом что — передаст отцу, когда он появится?

— Стой и не дергайся, Эвелин, — сказал я ровно. — Это самое важное, во что тебе сейчас нужно вникнуть. Остальное тебя не касается.

Она замолчала. Но не отвела взгляда. В ее глазах мелькнуло что-то — может быть, боль, может быть, сожаление. Я не хотел это видеть.

Я отвернулся к экрану, как раз вовремя. Уралы уже заполнялись воинами. Водители — наши ребята, присланные Дэмианом — действовали чётко и быстро. Пару минут я наблюдал, как они один за другим покидали Спарту, увозя в неизвестность две тысячи человек, и в этот миг я чувствовал удовлетворение. Понимал, что это не окончание войны, что мы захватили только один лагерь, а их множество, но во мне зрела уверенность, что это станет первым шагом к нашей победе.