Книга Школа. Никому не говори. Том 3, страница 81 – Руфия Липа

— Ну-у-у-у… – Она оторопела от столь неожиданного предложения.

— Да, кстати! Вот, держи! – повеса засунул руку во внутренний карман жилетки и достал свёрток. – Это твоя доля за сегодня. Чего пялишься? Бери, заработала.

Подружка, не веря глазам, протянула руку, взяла тугой рулон и аккуратно развернула. Покосившись на ровесника, она не решилась пересчитать деньги, понимая, что в свёртке сумма совсем не маленькая. Лишь сложила полученное опять и спрятала в карман спортивных брюк.

Ибрагимов не сводил с приятельницы внимательных лукавых чёрных глаз, подмечая её неуместную в денежных вопросах стеснительность.

Сэро редко что-то делал просто так. Он намеренно протащил девочку два дня назад по зажиточным домам, подкинув потом денег, чтобы Поспелова почувствовала вкус другой жизни: роскошной и дорогой. Парень предугадал, предупредив Илью, что Люба, приехав в первый раз в Краснодар, струсит, испугавшись ритма большого города и нового места, даст заднюю, потеряв веру в себя. Он был готов к трусливой девичьей выходке, продумал, как им работать и при этом не дать Поспеловой окончательно развернуться на попятную. Для юноши выдача доли Любе на руки именно сейчас, в парке, на лавочке, была не более чем новым этапом заманивания тихони в их дружную воровскую ячейку. Он прекрасно знал, что старшеклассница, вернувшись домой, втихомолку пересчитает сумму, обнаружит, что на руках оказалось несколько месячных зарплат, и окончательно заглотит крючок быстрых лёгких денег, открывающих двери в красивую, свободную от зануд-родителей жизнь.

— У нас два часа. Неподалёку крытый рынок. Не такой большой, как утренний, но тоже неплохой. Пошли, посмотрим что-нибудь прикольное! С нижним тоже могу подсказать. Не вечно ж тебе носить бабий нелепый лифчик времён Революции и труселя-памперсы на резинке в горошек!

Десятиклассница подавилась глотком воздуха.

— Откуда ты… Да когда успел, блин?!

— Видел, как ты в палатках шмотки пялила. Сказал уже два раза, что рядом был.

Девушка, попавшись опять на провокацию, вскочила как ошпаренная с лавочки. Вся красная, она начала метаться, трясясь от стыда и гнева, вперёд-назад.

— Илья тоже меня раздетой видел?! – задала она мучительный вопрос. – А вот те трое, что с вами были?!

— Не знаю, пирожок! Я только за себя отвечаю! – хитро усмехнулся Сэро, не сводя насмешливых глаз с разнервничавшейся сверстницы. – Пойдём? Время идёт.

— Слушай, Сэро! Я, правда, устала быть посмешищем, но портить с матерью отношения не хочу. Да ты и сам советовал не нарываться! А если я покажусь дома в новых шмотках, меня ждёт много неудобных вопросов.

— Об этом я не подумал! Хм!.. А если мы подберём вещи, что будут смахивать на старьё из твоего гардероба, но при этом ты будешь смотреться на твёрдую «пять»? Современно и со вкусом.

— Это как?

— Цвет тот же, материал похожий, а фасон другой. Или длина. Или какая-нибудь декоративная приблуда будет. Ты, если посыплются подозрения, соврёшь мамане, что она просто подзапамятовала!

— Или скажу, что решила потренироваться на кружке в ДДТ и перешить старые вещи, чтобы не покупать новую ткань да лишний раз не тратиться! – подхватила идею обрадовавшаяся Люба. – Как мама говорит: «Голь на выдумки горазда!»

— Сечёшь! – усмехнулся брюнет, закурив. – И пословицу в тему подобрала!