Онлайн книга «Школа. Никому не говори. Том 6»
|
— Сложный он парень у тебя. Не думаю, что я с таким оторвилой управился бы на твоём месте. — А я, по-твоему, управился?!.. Хрена с два! Есть ещё одна история, которая мне покоя не дает… Даже не знаю, как тебе её рассказать! — Алмаз, я всё пойму и судить не буду. Хочешь: поделись как-нибудь, – поддержал друга Василий и похлопал по плечу. Откровения доселе сдержанного приятеля дорогого стоили. Впервые умный, хваткий, воспитанный цыган предстал перед Поспеловым настолько открытым и искренним. — Мы уже сюда переехали. Звонит сослуживец. Он про потасовку с ментовской семьёй хорошо знал. Так вот, рассказывает приятель, что перед отъездом Сэро на соревнованиях умудрился кинуть Витьку Удальцова, сына ментовского, через плечо так, что тот навсегда со спортом распрощался! И призовое место шалопай потерять не побоялся! А, мол, с Вероникой жуть какая-то случилась: девка домой вечером шла, на неё несколько криминальных рож в темноте напали. Затащили в тупик, раздели наголо, налысо побрили да исписали всё тело зелёнкой: «Шлюха, подстилка мусорская»… — Жестоко!!! — Упыри на полароид девку сфоткали да снимки разбросали! В районе, где Удальцовы живут, по школе. Гадость, в общем, подлая и редкая! Я домой с переговорки пришёл, аккуратно рассказываю без душераздирающих подробностей – и подмечаю, что Сэро про всё это хорошо знает. Я и опешил! — Да тебе показалось, Алмаз! Это ребёнок! Просто обрадовался не от большого ума! — Нет, Вася! Тогда Сэро так прятать чувства не умел, как сейчас. Сын был не удивлён, нет! Все ошалели от новости, но только не он. Видно было, что поболее меня осведомлён! — Неужто, думаешь, замешан?! — Да как бы не своими руками расправу устроил! Настолько довольное, гордое злорадство у него по лицу промелькнуло! Ненависть через кожу чуть ли не каплями сочилась! — Ты, Алмаз, всё же, наверно, преувеличиваешь, – неуверенно усомнился Поспелов. – Пацан обиду злую припомнил и зацвёл… — Нет, Василий, я не ошибся. Он точно уже знал. А через меня подтверждение получил, что всё по маслу прошло. Очень надеюсь, что это лишь моё дурное предвзятое мнение, а Сэро до такой дряни скатиться не мог. Зато я знаю цену родительской ошибки. Хорошо запомнил. Отношения не вернуть. Доверие – тоже. Ничего не исправить. Остались из рычагов только жалкие остатки родительского авторитета. Алмаз протянул руку к пачке «Примы» и без спроса вытянул сигарету. Прикурил, затянулся. Теперь едкого, горького привкуса Ибрагимов не заметил. Поспелов же решился спросить то, что отозвалось ему больше всего. — Скажи-ка, Иштваныч, а детвора знает, какими путями ты и Лала встретились? — Знают ли, что я их мать в малолетстве купил, как товар на рынке?.. Нет, конечно! Мы с Лалой, ещё когда она беременна Ароном была, договорились, что правда останется в тайне. Дети особо не лезут, а мы молчим, хотя замену давно придумали. Типа знакомые свели. — Понятно, – ответил Василий Михайлович, решив закончить разговор и оставить коллегу в покое, да призадумался. О том, как последние полгода находил фантики от зарубежных батончиков в мусорном ведре, как на тёмном дне вонючей туалетной дыры примечал блеск жестяных банок из-под Pepsi и Fanta, как был удивлён незнакомым девичьим вещам, сушившимся на бельевой верёвке, как обнаружил новые кроссовки в ветхом комоде, что стоял в глубине веранды. Шура ничего из перечисленного почему-то не видела, и Василию, что тревожился про себя, оставалось лишь догадываться, какие тайны прячет от родителей тихая и послушная дочка Люба. |