Книга Школа. Никому не говори. Том 6, страница 26 – Руфия Липа

Случай после библиотеки, когда девушка прошляпила шанс словить от Сэро искренний поцелуй, больно ранил её и заставлял тосковать по упущенной возможности. Наивно веруя, что причиной его равнодушия стал Денис, вмешавшийся без спроса в их тёмные делишки, Люба чесала репу в попытке найти выход, чтобы доказать красавчику свою состоятельность и вернуть утерянное доверие.

«Разве я плохо выполняла то, о чём вы с Ильёй просили? Ты же всё время меня хвалил! В чём же дело? Почему избавился от меня? Мало денег приносить стала? Денис угрожал? Не верю! Переубедить тебя тоже сложно». Тревожные мысли дремучим хаосом роились в русой несмышлёной голове, укоряя хозяйку и подыскивая новые оправдания для шального цыгана. Замешав в одну кашу чувства к повесе, дружбу с ним и взаимные тёмные делишки, Поспелова окончательно запуталась и выпала из реальности.

В итоге старшеклассница додумалась до варианта настолько простого и одновременного сумасбродного, что он стал ей казаться невероятно логичным и результативным. Желание реализовать задуманное не заставило себя долго ждать.

Новое веяние заката 90-х – молодые сети супермаркетов – расцвело пышным цветом в маленьком провинциальном кубанском городке. Такие точки, едва открывшись, привлекли невзыскательных горожан полками, забитыми самым разным товаром. Что-то из ассортимента селяне видели впервые, поэтому умудрялись оставлять в ярких, забитых ширпотребом магазинах немало кровно заработанных.

Пенсионеры покупались на низкие цены, сомнительные акции, следили за скидками – и хвалили, хвалили. Люди потребовательней – быстро разочаровывались. Денис сказал Поспеловой, что в супермаркете солёный арахис в пакетиках прогорклый и мелкий, пиво на разлив химозное, а мясо точно следует обходить десятой дорогой. Имир скрупулёзно ей разжевал, что продаваемое по акции не стоит половины тех денег, которые за них просят.

Люба расчётливых друзей слушала, но не слышала. Супермаркет был для неё невиданной сказкой из кино. Манящим, иллюзорным изобилием. Богатство выбора! Всё новое, незнакомое. Тележки, корзины. Битком набитые полки. Здорово же! Не то что крикливый взбалмошный грязный рынок, где от дождя укрыться негде. А сколько иностранных непонятных названий! Выросшая на еде родной, домашней, девчонка хотела того, до чего когда-то ей дотягиваться запрещалось. И этой запрещёнкой магазин сверкал почище новогодней ёлки!

Таким образом точка торговой сети в центре города, возле парка и администрации, стала мишенью. Логика была следующая. Регулярно красть что-то незначительное: шоколад, снеки, конфеты, открытки, газировку в мелкой таре, а потом, наловчившись, продемонстрировать повесе свои навыки щипачества. Видишь, какая я крутая! Спёрла сама, без прикрытия, да не из чмошной палатки жирной торговки, а под носом у работников в форме, кассиров на ленте и охранников! Поспелова, веря в себя, как в ангела Божьего, выбрала день, припёрлась в универсал, спрятала Сникерс и горсть сосалок на палочке в карманы юбки-клёш. Для отвода глаз прихватила пачку кукурузных палочек, оплатила на кассе. И собралась было выйти вон, как её затормозили.

— Девушка, вы за всё рассчитались? – перегородила Любе выход тучная охранница.

— Да, – насторожилась школьница.

— А что у вас в карманах?