Книга Измена. Все включено, страница 37 – Юлия Василевская

— Идём, — говорю я.

Сад в мае, это что-то особенное. Белые лепестки яблонь лежат на траве и на деревянных столах которые мы расставили вдоль забора. Гирлянды между деревьями, живые цветы везде — белые и кремовые и бледно-розовые. Пахнет яблоневым цветом и травой и чем-то сладким неуловимым что бывает только в мае.

Роман стоит у старой яблони в конце дорожки. В светлом костюме, без галстука — он терпеть не может галстуки, я давно знаю. Смотрит на меня.

Я иду к нему по траве и думаю что он очень красивый, живой, тёплый, с этой еле заметной улыбкой которая появляется только для меня.

Танька сзади тихо всхлипывает. Она клялась что не будет плакать. Она всегда клянется что не будет плакать. И врет!

Роман берёт меня за руку.

— Привет, — говорит он тихо.

— Привет, — говорю я.

— Ты безумно красивая.

— Ты тоже, — говорю я.

Мы улыбаемся, смотрим друг другу в глаза и нам не нужны слова, чтобы рассказать о своей любви.

Виктор Александрович кашляет, деликатно, намекая что пора начинать. Он у нас за распорядителя, сам вызвался, сказал что на свадьбах был всего дважды в жизни и оба раза ему не дали толком поучаствовать. Не ожидала от строгого адвоката такой прыти.

Всё идёт своим чередом, слова, кольца, смех, аплодисменты. Кто-то фотографирует. Лепестки яблонь падают на белое платье.

И вот тогда я беру Романа за руку и говорю ему тихо, так чтобы слышал только он:

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

Он смотрит на меня.

— Мы были на острове в феврале, — говорю я. — Помнишь тот маленький отель над морем?

— Помню, — говорит он.

— Так вот, — говорю я, — кажется мы привезли оттуда немного больше чем планировали.

Он смотрит на меня. Долго. Потом до него доходит и его глаза загораются неподдельным счастьем.

— Яна, — говорит он. — когда ты узнала?

— Три дня назад, — говорю я. — Два теста. Оба одинаковые.

Он молчит секунду. Потом берёт моё лицо в ладони и целует меня, прямо здесь, в саду, при всех, под яблонями.

Потом был стол под яблонями и шампанское и еда и смех и разговоры до темноты. Потом гости разошлись и мы остались одни в своём саду, Роман и я, и сидим на ступеньках веранды и смотрим на яблони в темноте.

Я прислоняюсь к его плечу. Он обнимает меня. Тихо, только ветер в яблонях и где-то далеко птица и запах майской ночи.

— Знаешь, — говорю я, — когда-то давно я сидела в турагентстве и бронировала чужие отели и думала что моя жизнь идет совсем не туда. Что я хочу совсем другого. Домик с садом. Путешествия. Свое дело. И чтобы рядом был кто-то настоящий.

— И как? — спрашивает он.

Я смотрю на сад. На яблони в темноте. На гирлянды которые мы не выключили и они светят тепло между деревьями.

— Лучше чем я придумала, — говорю я.

Роман целует меня в висок.

— Я рад что ты тогда отправила меня в тот отель…

— Я тоже…

Мы сидим так ещё долго. Май, яблони, тихий сад. Где-то там остров в Средиземном море и клиенты которые скоро поедут туда и будут в восторге. Где-то там маленькое агентство на третьем этаже старого дома с картой мира на стене. Где-то там весь огромный мир который мы еще не видели, но обязательно увидим.

Но прямо сейчас у нас этот сад и наша любовь и маленькое сердечко под сердцем. И мы абсолютно, безмятежно счастливы!

Конец.