Книга Между преданностью и предательством, страница 88 – Шейн Роуз

— Ты серьезно? – Я бросила взгляд на стойку регистрации – Юна смотрела на нас с широко раскрытыми глазами.

— Абсолютно серьезно. – Он впился глазами в мою фигуру. Я чувствовала исходящую от него мощную энергию.

— Из-за чего ты вообще злишься настолько, что решил устроить такой публичный спектакль?

— Ты, похоже, думаешь, что мне есть дело до публики. Публика интересуется мной, а мне плевать на нее. Если они хотят запечатлеть, как я выясняю отношения с женой, пусть. Но они не увидят, как ты снова подвергаешь себя опасности. Ты не будешь бегать на работу или с работы. Если попробуешь, я найму охрану, чтобы они следили за тобой.

— Тебе кажется, что это…

— И раз уж ты наконец решила переступить порог моего дома, теперь ты будешь ужинать со мной каждый вечер. И завтракать по утрам.

— Это все? – вырвалось у меня, гнев теперь кипел и во мне. Неужели он думал, что я так легко подчинюсь его воле?

— Я буду открывать для тебя двери, Капелька, или просто не дам тебе пройти, пока ты не позволишь мне это сделать.

— Это просто по-детски, Деклан, – я с трудом сдерживала раздражение. Он вел себя как ребенок, позволяя своим эмоциям взять верх. – Ты так справляешься со своими эмоциями?

— Если хочешь, я могу отвести тебя в раздевалку и показать, как я на самом деле справляюсь с эмоциями, когда дело касается тебя.

Я потянула за ворот спортивного топа, пытаясь охладить тело, которое обдало волной жара.

— Ты себя слышишь?

— Да. Я устал от того, что не контролирую ситуацию. Я позволял твоему отцу принимать решения в нашем бизнесе, но его больше нет. Единственное, что он теперь контролирует, – это наш брак. Я позволял прессе толкать меня в одну сторону, когда хотел идти в другую. Раньше я так не делал, пока ответственность за эту империю не начала давить на меня. Я близок к тому, чтобы перестать слушать прессу, которая диктует мне, как жить.

— Мы должны сохранять спокойствие на публике и подходить к этому с холодной головой…

— Хочешь, чтобы я был спокоен, Эверли? Тогда слушай. – Он не стал ждать моего ответа, его глаза стали темно-зелеными, словно изменились вместе с настроением. – Пресса сейчас начнет копаться в наших отношениях, ведь мы устроили сцену на обочине дороги. Так что, возможно, сейчас самое время раскрыть новость.

— О нашем браке? – Почему мой голос звучал так испуганно?

Он кивнул, словно мы собирались идти на поле битвы, и глубоко вздохнул.

— Пора взять это под контроль. Я предупрежу Пайпер. Скажи тем, кому нужно.

Я не хотела никому говорить. Вместо этого я сглотнула.

Он мягко улыбнулся.

— А теперь попроси меня вежливо открыть тебе дверь.

Я топнула ногой, оглядываясь и понимая, что клиенты ждут, чтобы войти или выйти. Люди снимали его на телефоны, а я стояла с видом полной дуры.

— Пожалуйста, открой чертову дверь, Деклан, чтобы мы могли наконец заняться работой, – пробурчала я, а затем добавила под нос, когда он убрал руку с вращающейся двери: – И если в следующий раз ты закинешь меня на плечо, я уложу тебя на месте.

— Надеюсь, это обещание, а не пустая угроза. Я буду счастлив лечь, если ты окажешься на земле рядом со мной.

— Ты совершенно и абсолютно невыносим. Я говорю это, тщательно все обдумав и понимая, что не могу прийти к другому выводу, потому что, очевидно, мне приходится быть здесь голосом разума.