Книга В разводе. Плохая бывшая жена, страница 48 – Анна Томченко

— Ты забываешься! — Рявкнул Виктор, а я постаралась схватить Тима за руку, но не успела. Он шагнул ещё вперёд. — Ты всего лишь мой сын, а сын никогда не учит отца. Ты должен понимать, что я, как взрослый, уравновешенный мужик, имею право на ошибку и не тебе меня судить.

— А я не собираюсь тебя судить. Я просто пытаюсь исправить то, что ты натворил.

— Ты мой сын и ты должен понимать, что не надо со мной соперничать. Никто с тобой не будет играть на твоём поле. Ты со мной сейчас не должен вступать в конфронтацию. Ты мой ребёнок.

Тим резко выпрямился. Напрягся так, что у него каждая мышца натянулась.

— Я твой ребёнок. — Усмехнулся зло Тимофей. — Нет, слушай, в таком раскладе, когда у тебя там где-то беременная любовница, а здесь мать сидит, давится слезами- я не твой ребёнок.

Это было ударом посильнее, чем если бы Тим просто бросился на Виктора.

— Нет. И вообще знаешь, — распахнув руки в разные стороны, зло хохотнул Тимофей, — давай придём к выводу о том, что я сирота. Я сирота, твою мать, потому что один отец, который воспитал- предатель. А отец, который по крови-насильник грёбаный! И я ни черта не хочу относиться ни к одному, ни к другому! Я сирота!

Я захлебнулась воздухом.

Нет.

Нет.

Никто не должен был знать.

Стыд, страх, отчаяние накатило на меня огромной снежной лавиной.

А молчание, которое воцарилось в доме, резало слух лучше, чем самая идеально отточенная сталь.

— Тим, —едва шевеля губами, произнесла я.

Он прикрыл глаза, зажал ладонями лицо.

— Мне бабка рассказала. — Выдохнул сын. И у меня затряслись губы.

— Тим, я... — медленно произнесла не зная, что ещё сказать.

Сын качнулся ко мне, обнял за плечи, заставил уткнуться ему носом в грудь.

— Поэтому я, сирота, — прогремел его голос над ухом. — Никакие мне отцы не нужны, у меня есть мать, и все на этом!

— Я не знал, — выдохнул Виктор с оторопью и воззрился на меня нечитаемым взглядом, в котором плескалась боль, страх. — Саша, я не знал! — произнёс он сдавленно.

Я только могла вязкие слюни сглатывать. Проталкивать их по горлу.

— Я не знал, — громче повторил Виктор, дёргаясь навстречу.

В этот момент Тим разжал руки и перехватил отца за плечи.

— Теперь узнал? Теперь все понял надеюсь, вопросов больше нет? — Холод, которым обдавал голос Тимофея, я ощущала кожей.

— Саша, — взревел Виктор. стараясь вырваться из хватки сына, но я шагнула назад. Упёрлась в диван, растерянно закачала головой.

— Тебе лучше уехать. — Ровно произнёс Тимофей, разворачивая Виктора к выходу.

— Я отвезу.

— Саша, я не знал почему, почему, почему Саша, — рычал Виктор, но Тимофей его не слышал. Тимофей вёл его к двери, стараясь как можно быстрее убрать его из моей жизни, из моего дома. — Саша, Саша, Сашенька! — орал Виктор, вырываясь.

А Тимофей, как скала, стоял, не давая ему приблизиться ко мне.

— Сашенька! — В голосе дрожь.

А я стояла невидящими глазами, смотрела в пустоту.

Мать рассказала.

Обещала же молчать, молчать, твою мать, обещала!

И когда она ему это рассказала? Маленькому, наверное, да так, что Тим не проронил ни звука, не спросил, не задал вопрос.

Зачем она ему это рассказала?

И снова волна стыда накрывала с головой.

— Саша, Саша, Саш, ну посмотри на меня, Саш — Кричал Виктор. Стараясь достучаться до меня, только все это было тщетно, бессмысленно— Саш, я тебя умоляю, Саш.