Книга В разводе. Плохая бывшая жена, страница 36 – Анна Томченко

Мне просто казалось в какой-то момент, что Виктор с жиру бесится и не знает, как ещё украсить красками собственную жизнь. Но в моём случае можно было бы просто предположим, начать заниматься внучкой. Хотя если Тимофей ему не родной, то и Олеська получается так вода на киселе.

От этих мыслей противно давило в груди. Простить можно все что угодно, но только не ребёнка. Из-за Тимофея мне казалось, что конфликт только обострился. А я же знала ‚ что Тим-то по факту ни в чем не виноват. Он же никогда не позволял себе сказать - “ты мне не родной отец”, не как-то выказать своё недовольствие или неуважение к Виктору. Нет, Тим рос внимательным и очень умным мальчиком. Я чувствовала его переживания, кода родила Диму. Когда уже стало понятно в сознательном возрасте ‚ что Виктор не родной отец Тимофея, я чувствовала вот это его переживание, что вдруг его недостаточно любят, либо он что-то делает, не то ошибается и пыталась всеми возможными силами заглушить эту боль. Виктор помогал.

— Я тебя на руках таскал, когда ты ходить ещё не мог. Так что не бери в голову. Будто бы ты меня чем-то можешь не порадовать. Ты мой сын. Ты меня радовать будешь всегда.

А сказать нам пришлось Тимофею о том, что Виктор не его родной отец, потому что рано или поздно какая-нибудь тварь все равно бы это выплеснула наружу. Да, я подозревала‚ что однажды моя мама не сдержится и ляпнет такое при Тимофее и тогда было бы намного все страшнее. И Тим сначала воспринял эту информацию с сильным страхом, но потом Виктор все-таки убедил его, что без разницы кто твой биологический отец, самое важное — что рядом есть человек, который любит тебя.

Мне все эти годы казалось ‚ что Виктор безумно любил Тимофея, а в самый критичный момент ткнул этим, паразит.

Хотелось быть сильной, независимой, злой. А я сидела, вспоминала разговоры Виктора и Тима, и слезы на глаза наворачивались.

А первая неделя августа как-то незаметно подошла к концу.

Не заметила я её наверное из-за изобилия конфликтных ситуаций между мной и Виктором.

Из-за того, что дом новый.

Сад.

Опять-таки моя лаванда.

Перед самыми выходными, возвращаясь из города, я заехала в небольшой торговый ряд, который был в посёлке. Вышла из машины и двинулась в сторону супермаркета. Заметила возле велосипедных стоянок ту самую соседку. Девушку, которая помогала мне тащить коробки. Махнула рукой, но она то ли меня не узнала, то пи не заметила.

Зайдя в магазин, я быстро напихала в корзину продуктов и пошла на выход.

Загрузил сумки в багажник и сел за руль. Сдала назад.

Треск, хруст и визг заставили похолодеть. Я дёрнула ручник и в ужасе посмотрела в зеркало заднего вида. Обернулась, пытаясь разглядеть хоть что-то ещё. Дёрнула ручку двери и выскочила наружу.

— Простите.

Соседка вместе с велосипедом лежали под колёсами машины.

— Простите. Я не видела, и голова закружилась. Простите, простите. — всхлипнула соседка, потирая локоть.

Я охнула, ощущая, что сердце из груди готово вырваться.

Я сбила человека.

И это была меньшая из проблем.

Я дернулась. Но соседка замахала руками.

— Господи, извините, мне просто что-то плохо стало, я не видела, что вы выехали.

— Да, это вы меня простите, сама не посмотрела назад, — я все-таки наклонилась и перехватила соседку за руки, потянула на себя. — Не ударились? Как вы?