Книга Непризнанная в Академии оборотней, страница 68 – Тина Шеху

— О чём ты мечтаешь, Вивьен?

Светлые брови приподнялись, но девушка быстро подавила эмоции и села за стол, открывая баночку с мазью.

— Не знаю, — пожала плечами соседка и подцепила указательным пальцем густой розоватый крем.

И только я хотела возразить, что любой человек и оборотень о чём-то мечтает, как Вивьен решилась ответить:

— Хочу быть оборотнем, — размазала по лицу средство и тихо завернула баночку.

— Так и так оборотень.

Вздох, и Вивьен прикрывает глаза, чтобы намазать пахнущим розой кремом ещё и веки.

— Непризнанная, а не оборотень. Я же говорю, они нас за равных не считают.

Я в не верила, хоть старшекурсники не раз пытались убедить нас в этом. При этом они готовы нас защищать! И на общих собраниях высказывались громче непризнанных, что обеспокоены нашей пропажей!

— А ты о чём? — с тоской переставив крем для лица на другое место, поинтересовалась соседка.

О чём она спрашивала было очевидно.

— Я мечтаю быть полезной. Друзьям и тем, кто вокруг меня. А ещё, — слова вылетали быстро. — Для мира.

Желая быть хоть кому-то нужной, я пристрастилась подслушивать деревенские сплетни. В большинстве своём разговоры на рынке и площади сводились к обсуждению цен и чьего-то внешнего вида, но иногда слышались и любопытные обрывки фраз.

Разгадывать, о чём именно шепчутся люди и что их волнует, стало для меня главным увлечением. И удаляла я этому делу всё своё свободное от учёбы и работы по хозяйству время.

Иногда я могла услышать, кто в кого тайно влюблён, но решается сделать первый шаг. Тогда же на сцену выходила я и всеми силами пыталась как-то подтолкнуть два сердца сойтись.

Вначале получалось туго, но вскоре я наловчилась и поняла, что в первую очередь стоит узнать мнение и семейное положение второй стороны, перед тем, как запирать двоих людей в сарае.

— Как благородно, — покачала головой Вив и воткнула в смявшиеся за беспокойную ночь волосы пёстрый гребень. — Родители, видать, тебя воспитывали. Отличница, красавица, так ещё и альтруистка?

В груди закололо. Но я попыталась расслабиться.

— Бабушка строгая у меня, — хотела рассказать больше, поделиться той болью, которую пережила за годы жизни, но сумела вымолвить лишь три жалких слова.

— Как и у меня. Жизнь до Академии была не выносима…

Пол у моих ног слегка кружился. Кажется, недосып за эти дни всё-таки повлиял на меня. Не слыша уже ничего, кроме длинного протяжного гула, я свалилась вниз, ударяясь головой о мягкий матрас.

Силы в мышцах быстро покинули тело, не дав удержаться на ногах.

Последнее, чем я увидела это голубую ящерицу почему-то казавшуюся ярко-жёлтой.

Каменная лестница едва освещалась редкими зажженными свечами. Участок под ней же оставался полностью тёмным. С введением комендантского часа, практически весь свет в Академии затухал. В этом не было большего практически смысла, скорее больше показательности, ведь ночью выходить из крыла общежития и так запрещено. А всё почему? Потому что молодых оборотней так и тянет устраивать по ночам межклановые разборки и любовные встречи. И если второе явление более-менее безобидное, и на него преподаватели закрывали глаза, то свидетелем первого даже мне не посчастливилось.

К полнолунию готовился каждый оборотень за пару дней. Между занятий вводили специальные перерывы, во время которых студенты отдыхали и переводили дух. Можно было погулять во дворе или наслаждаться магической тишиной в комнате отдыха.